В когтях безумия

Антиквар не заставил долго ждать, Ласса еще не успела полностью достать статуэтку из сумки, а лицо торговца уже все переменилось: из делового, хоть и неряшливого торговца, он превратился в слюнявого бульдога, которого дразнили сочным куском мяса.

«Он наш», – подумал про себя Линд и громко поставил статуэтку перед антикваром.

– О… Да… Прекрасно… – антиквар бился в экстазе. – Откуда она у вас? Она прекрасна! Сколько вы хотите? Какая же редкая работа, да…

– Ну как сказать, мы не очень-то и хотим её продавать…

– Как же так?! Да зачем она вам?

– Нам сказали, что в городе… – Линд с надеждой посмотрел на Лассу.

– Крокатун, – поддержала его Ласса.

– Да, в Крокатуне. Нам сказали, что там за такие, м, – тянул Линд согласную, – фигурки дают больше всех.

– Что?! В Крокатуне?! Снова этот старый пердун! Опять он уводит у меня клиентов! Да он самый последний жлоб!

– Ну не знаю, нам он показался очень деловым человеком и предложил десять золотых монет, – продолжал Линд.

– Сколько?! Десять?! Он специально завышает цену, чтобы отбить у меня клиентов! Даю двенадцать!

– Странно, – продолжал Линд, – бродячий антиквар, который встретился нам по пути из… – он снова взглянул на Лассу.

– Из Вук, – снова подыграла ему Ласса, улыбаясь и радуясь внутри себя такой игре, словно маленький ребенок.

– Да, из Вук, предложил четырнадцать золотых.

– Да это грабеж! Пятнадцать – мое последнее предложение.

– Думаю эта статуэтка стоит не меньше шестнадцати золотых, – Линд дальше гнул свою линию.

– Пятнадцать! И ни медяком больше! – протестовал антиквар.

– Ну ладно, – демонстративно сдался Линд, – будь по-вашему.

– Ха-ха! – антиквар сразу повеселел и пошел за шестнадцатью золотыми, – Вам дать с разменом или как?

– Хм… – Линд взял небольшую паузу. – Давайте десять золотых и еще шесть золотых с разменом.

– Понял, – нервно кивнув и хихикнув, торговец скрылся.

Линд со свойственной ему лисьей улыбкой, самодовольный, с высоты своего роста взглянул на Лассу и улыбнулся еще сильнее.

«Да, она мной восхищается», – подумал про себя Линд и повернул голову в сторону спускающихся по лестнице шагов.

Антиквар принес две кожаных мошны: в одной лежало десять золотых, в другой были медники и серебряники на общую сумму в шесть золотых. Линд дотошно все пересчитал и проверил, затем резко убрал улыбку, едва заметно кивнул антиквару и направился к выходу.

– Моя прелесть, – едва слышно за спиной приговаривал антиквар.