Странные существа (сборник)

Хотя, стоило выйти из крохотного леска, как на уши вновь обрушивались монотонные городские децибелы. Сначала он хотел пересечь рощу и выйти с другой стороны, но через несколько метров покров сухой хвои кончался, шёл буйный перепутанный брусничник, среди которого было полно поваленных стволов, а ещё дальше мрачновато темнел густой на вид подлесок. Ручеёк утекал туда. Леонид пожалел новые туфли от Гуччи и, поглядев в терпко пахнущую тьму, повернул назад.

Лёвку Каца засосало болото, и это совсем невесело. Изя Гонтмахер (партийная кличка Стас) уже еле передвигал ноги.

Железный ящик, которые они с Лёвкой тащили вдвоём с тех пор, как лишились лошадей, стал совсем неподъемным. Поглядев, как на поверхности трясины лопаются пузырьки воздуха – всё, что осталось от бедного «шлимазла»[7 - Шлимазл – счастливчик, в ироническом смысле – недотёпа (идиш)] – Изя попытался поднять ящик. Но еле-еле смог оторвать его от земли, хоть телом и вышёл в папу – биндюжника Шлёму, руками гнувшего на Привозе подковы. Таки пятьдесят тысяч – не пух из подушек тёти Песи. Но, вэйзмир[8 - Вэйзмир – Боже мой! (идиш)], разве ж можно бросать эдакую прорву денег!

Изя завертел головой, пытаясь сообразить, куда его вынесла нелёгкая. Кажется, это был довольно большой остров посередине огромного болота, которое они прошли исключительно чудом. Лёве (в группе его звали Сиропом), правда, это счастья не принесло… В полукилометре поверхность поднималась, образуя обширный холм с плоской вершиной, сплошь заросшей соснами, обещающими неплохое укрытие на время.

После экса жандармы шли за группой по пятам, но просто так в трясину они не сунутся, сначала найдут проводника из местных. И вообще могут подумать, что утопли оба налётчика вместе с добычей. А Изя пока отсидится в сосновой роще.

Он ещё повертел головой, углядел в густой траве приличное углубление, с огромными трудами дотащил туда ящик, набросал сверху сухих веток и тщательно уничтожил следы.

– Дрек мит фефер![9 - Дрек мит фефер! – Дерьмо с перцем! (идиш)] – выругался он.

Такое славное начало и такое гнилое продолжение! Дельце казалось вернейшим: в багажном вагоне следующего в губернский центр поезда имел место ящик, в который на всех пройденных станциях спускали суточную выручку за грузовые операции и продажу билетов. Охраняли ящик всего только двое низших жандармских чинов. Группа узнала о ценном грузе от своего человечка в железнодорожном управлении. Он уверял, что меньше пятидесяти тысяч к концу пути не собирается.