Ошейник вишневой судьбы

Ты нас даже не встречаешь? – удивленно – иронично произнес хозяин.

Я не смогла удержать в себе вялотекущее состояние. В секунду выпорхнула со смертного одра и бросилась миловаться с любимой семьей.

– Не поняла, откуда у нас кровь?! Серёжа, посмотри, вся кухня уделана каплями крови… И здесь, в прихожей, тоже.

– Шерри! – мама вынуждено заменила заглавную букву на шипящую, после длительного общения со стоматологией «Доктор Жеваго», – Шерри, подойди ко мне!

Я виновато приблизилась, помахивая комолым хвостом.

– Надо же, у нас сегодня событие, Шерри расцветает.

Посмотрите, как наполнился ее бутон!

– Не рано ли, всего десять месяцев, – удивился хозяин.

– Папа, а почему у Черри течет кровь, она заболела или ударилась? – непонимающе вопрошал сын.

Мне самой стало страшно интересно узнать причину, и я настроила уши на информационную волну, осторожно присев на правую голень.

– Так придумала природа. Все девочки когда-то станут мамами. И наша Шерри не исключение. То, что появляется кровь, это не болезнь и не рана.

Это признак подготовки к будущей взрослой жизни.

– А у нас тоже бывает кровь? – не унимался сын.

– У нас нет бутонов, сын, поэтому кровь у нас не вытекает, – отшутился отец, понимая бесконечность вопросов на деликатную тему.

– А я думаю, отчего бездомные псы эскортом сопровождают наш тандем. Надо держать ее на привязи. А то сбежит с кавалером в утренний туман, – хозяин начал рассказывать маме про мою романтическую историю на карьере.

На следующий день вся семья падала со смеху, примеряя на меня черные трусики.

– Шерри, ты должна это одеть. Я не домработница, чтобы каждый день за тобой мыть. Всю мягкую мебель испортишь!

Жуть какая-то, как такое вообще можно носить. Все давит, никакой свободы. Я скакала в этих трусах под общий хохот. Сквозь смех я слышала о каких-то крылышках, которые нужно менять в трусах каждый день. Жизнь вернулась ко мне. Я счастлива! Одно беспокоило, как в таком виде я выйду во двор.

Глава 6

Его сердце рвалось на части, когда он задерживал взгляд на иероглифе, оставшемся на ковре от любимой собаки.

Её уже нет, а след до сих пор будоражит сознание. Краситель ножки стола оказался устойчивым, он прочно пометил светлую шерсть ковра. Стол сдвинули на последнюю метку Черри, мокрое пятно насытилось цветом.

…Последняя метка в её последнее утро. Она не сдержалась, не дотерпела. А может, хотела оставить память еще на какой-то срок. Ей, как и Ему, страстно не хотелось расставаться.