Свадебное платье жениха

– А чем они занимаются?

– Пенсионеры.

Вероника открыла вино и подала овощное фрикасе со шпигом.

– Должна предупредить, это из замороженного полуфабриката…

Софи неожиданно обнаружила, что проголодалась. Она все ела и ела. От вина по телу разливалась приятная расслабленность. К счастью, Вероника оказалась достаточно болтлива. Она касалась только общих мест, но обладала даром вести разговор, сочетая рассуждения о пустяках и всякие истории. Не прекращая есть, Софи выхватывала обрывки информации о ее родителях, учебе, младшем брате, поездке в Шотландию… В конце концов поток иссяк.

– Замужем? – спросила Вероника, кивнув на руку Софи.

Заминка.

– Уже нет.

– Но кольцо все-таки не сняли?

Не забыть бы снять. Софи пустилась в очередную импровизацию:

– Привычка, наверное. А вы?

– Хотела б я иметь такую привычку.

Она ответила со смущенной улыбкой, которая взывала к женской солидарности. При других обстоятельствах – возможно, сказала себе Софи. Но не сейчас…

– Ну и?..

– Может, в другой раз, я так думаю.

Она принесла сыр. Не похоже на человека, который не знает, что у него в холодильнике…

– Значит, вы живете одна?

Вероника замялась:

– Да… – Она склонила голову над тарелкой, потом подняла ее и с легким вызовом посмотрела Софи в глаза. – С этого понедельника… Совсем недавно.

– А…

Уж если Софи и была в чем-то уверена, так это в том, что знать ничего не желает. И тем более влезать в чьи-то дела. Вот доест обед и уйдет. Ей нехорошо. Ей хочется уйти.

– Бывает, – неловко заметила она.

– Да, – кивнула Вероника.

Они поболтали еще немного, но в разговоре что-то разладилось. Между ними витала неурядица в личной жизни.

И тут зазвонил телефон.

Вероника повернула голову к коридору, как будто ждала, что звонивший войдет в комнату. Вздохнула. Один звонок, второй. Она извинилась, встала, направилась в коридор. Сняла трубку.

Софи допила бокал, налила еще вина, посмотрела в окно. Вероника прикрыла дверь, но ее приглушенный голос долетал до гостиной.

Неловкая ситуация. Если бы та не стояла в коридоре, Софи взяла бы свою куртку и просто ушла, прямо сейчас, ничего не сказав, как воровка. Она различила несколько слов, машинально попыталась уловить суть разговора.

Голос Вероники был серьезен и тверд.

Софи встала, отошла на несколько шагов от двери, но это ничего не меняло, теперь уже глухой голос Вероники был различим, как если бы она разговаривала здесь, в гостиной. Это были ужасные слова банального разрыва.