Юнга на корабле корсара. В стране чудес

Не считая уже того, что такое затишье было предвестником сильной бури, еще можно было ожидать и появления тайфунов с южных морей, этих ужасных фурий неба и воды, которые переворачивают природу, изменяют иногда даже поверхность Земли.

Жак стал прикрывать съестные припасы и воду, годную для питья.

Предыдущий опыт был для них довольно поучителен. Нельзя было потерять все и остаться без пищи и питья. В этой водной пустыне самым ужасным испытанием была жажда, от которой им пришлось много претерпеть, и они не хотели, чтобы подобное испытание повторилось еще раз.

Но что могла сделать энергия одного человека против неумолимой силы неба и природы?

Так проходили дни и ночи, истощая съестные припасы и уменьшая силы несчастных.

Прошло уже около трех недель, как беглецы оставили Мадрас.

Чудо, но их утлая шлюпка снова устояла против бури океана.

И снова голод, жажда, зной сделали свое дело.

Все четверо попадали один за другим, и на этот раз – странное дело! – ребенок был последним из заболевших.

Вильгельм Тернан отчаянно боролся против болезни.

Один он должен был заботиться о спасении своих товарищей, носить им с бесконечными предосторожностями по нескольку капель воды, оставшейся на дне ведер, почти пустых. Затем, когда он увидел Жака Кавалльяна в бреду, неспособным двигаться, маленький сиротка решил, что его задача выполнена, и лег, для того чтобы умереть рядом со своим побежденным другом.

Глава VI

Спасение

Сколько времени продолжалось беспамятство Виля? Он не мог этого сказать. Во всем его теле была страшная тяжесть, и ему казалось, что он совершенно бессилен; в одну минуту он почувствовал, что жгучие лучи солнца накрыли его, как тяжелым покрывалом, пробрались под его веки, вывернули ему зрачки и вынули мозг. Он совершенно потерял сознание.

Но все же он еще помнил, что-то неясное и смутное, он старался тогда отогнать от себя ослепляющий свет.

Он посмотрел вокруг в последний раз и увидел колыхающуюся громадную синюю скатерть, а там, далеко за горизонтом, он увидел белое пятно, едва заметное. Неужели это была галлюцинация?

Из его груди вырвался крик, выразивший последнюю мысль, засевшую в его воображении: «Парус на трехмачтовом корабле!» Он впал в беспамятство; на этот раз он потерял всякое представление о происходящем вокруг него; он не помнил решительно ничего.