Лисий хвост

Впрочем, теперь Хару недолго пробыл в одиночестве. Вскоре, старательно переступая порог юрты, вошло несколько человек. Хару, несмотря на слабость и головокружение, попытался приподняться на локте, чтобы рассмотреть вошедших.

– Лежи, лежи, – услышал он голос Мэргэна.

– Где Шима? Чем всё закончилось?

– Отец, я здесь!

Шима выскочил вперёд и обнял ручонками отца.

– Слава небесам! – облегчённо выдохнул Хару. – Ты цел!

– Да цел он, невредим, наш геройчик, – улыбаясь, сказал Мэргэн.

– Что волки? Как наш лагерь? Где мы? – спрашивал Хару.

– Всё своим чередом узнаешь. А пока, глянь-ка, кто здесь ещё!

Хару вновь приподнялся. Шима так и продолжал висеть на его шее, но отец даже не замечал этого. Кроме его сына и Мэргэна, в юрте находилась незнакомая женщина. Хару не сразу смог разглядеть ее в приглушённом свете. Невысокая, коренастая, с длинными волосами, заплетёнными в косы по обычаю степных женщин. Чёрные с красивой сединой волосы напоминали мех чёрно-бурой лисицы. У неё было простое лицо, довольно миловидное, однако в глазах читались мудрость и знание, каких не достигнешь за всю жизнь, лишь разъезжая по степи на лошади.

Также и руки её не походили на мозолистые руки трудяги-степняка. Тонкие и чистые – они говорили, что хозяйка нечасто занимает их тяжёлым трудом.

Хару понял, кто перед ним.

– Госпожа Билигма, – прошептал он.

– Она самая! – вставил Мэргэн.

Женщина промолчала, наклонилась к Хару, приложила руку к его лбу, потом посчитала пульс, заглянула в глаза.

Только после этого она сказала:

– Здравствуй, Хару.

Её голос звучал приятно, успокаивал и как будто отгонял морок:

– Вижу, тебе уже немного лучше. Полежи ещё денёк, а завтра сможешь встать. Не беспокойся пока ни о чём. Всё в порядке.

После этих слов Билигма отстегнула от пояса небольшую фляжку и протянула её Хару.

– Сделай несколько глотков.

Он послушно принял флягу и отпил. Жидкость была тягучая, но приятная на вкус. Казалось, что сначала рот, а затем всё существо наполняются запахами свежих степных трав и цветов, напоённых нежарким весенним солнцем.

Хару откинулся назад и вернул флягу. Его вновь неудержимо влекло ко сну.

– Пока, отец, поспи ещё, завтра увидимся, – говорит Шима.

– Ну, давай, до завтра, – говорит Мэргэн.

Госпожа Билигма молчит, но Хару понимает, что пора уже закрыть глаза и ещё раз погрузиться в целебный сон.

* * *

На сей раз он спал совершенно без сновидений.