Лисий Хвост. По ту сторону холмов. Книга вторая

Впрочем, такое унылое состояние не продлилось долго. Уже через пару минут правитель взял себя в руки и, строго глянув на Ханя, произнёс:

– Ты не должен кому-либо ещё сообщать о твоём исследовании. Возможно, ты прав, возможно, нет. В любом случае нам грозит опасность. Представь, что ждёт страну, если люди узнают твой перевод. Начнутся волнения, а у нас в империи и так не всё спокойно. Молчи и продолжай искать. Быть может, ты найдёшь ещё что-то не менее важное, быть может, тебя посетит озарение, и ты истолкуешь пророчество как-то ещё.

– Ваше величество, я буду нем. Я прекрасно понимаю всю опасность положения. Я ваш преданный слуга и буду молчать. Всё, что я делаю, я делаю в ваших интересах. Но всё же, позволю себе заметить, что пророчество довольно прозрачно и вряд ли возможны какие-то другие возможности толкования.

– Глупец! Разве ты не понимаешь, что кроме правды, мне ещё нужна и вера в будущее!

С этими словами император резко поднялся на ноги, выхватил листок с переводом из рук Ханя, и в раздражении поднёс его к огню лампы.

Несколько секунд они молча наблюдали, как огонь пожирает бумагу. Библиотекарь смотрел со страхом, отступив назад, а Лун взирал на пламя с мрачным удовлетворением, словно, уничтожив листок, он мог уничтожить и само пророчество, и знание о нём.

V

У тлеющего очага расположились несколько мужчин и женщин. Все они были разного возраста: кто-то ещё совершенно подросток, не начавший даже толком бриться, кто-то уже умудрённый опытом муж.

Одна из женщин была намного старше любого из присутствующих, о чём говорили её почти полностью седые волосы и покрытое сетью морщин лицо.

Билигма, несмотря на все свои чародейские возможности, ощутимо состарилась за прошедшие годы. Окружающие её простые люди не могли без внутренней боли смотреть на неё, ведь её образ чётко провозглашал: будь ты хоть сто раз мудрецом и колдуном, старость придёт и за тобой. Как признавалась сама Билигма, былое сражение, когда ей пришлось собрать все силы, чтобы обрушивать на врагов огненные шары, а потом обвалить взрывом часть холма, вконец измотало её.

После того боя она несколько дней лежала не поднимаясь, не имея сил даже самостоятельно держать чашку с чаем. Конечно, силы постепенно вернулись к ней, но, казалось, что с этой схваткой в ней надломился какой-то стержень или иссяк некий источник. Она сильно изменилась.

Теперь она прибегала к чародейству редко и осторожно, не расходуя много сил за один раз.