Однажды в Челябинске. Книга вторая

Но по прошествии минуты публики так и не прибавилось. Рома видел открытый нараспашку мини-маркет и распластавшегося на пороге продавца. Никто не бежал ему на помощь. Если что и может вернуть Романа из шокового анабиоза, так это гарантированная возможность украсть. Она перед ним.

Таксист с опаской открыл дверь. Позади машинный след, напоминавший борозду. Ноль внимания на разрушения. Рому не волнует и состояние машины, капот которой напоминает неуклюже открытую консервную банку. Хотелось убедиться, что он здесь один и в его распоряжении целый магазин.

Ради такого можно и через продавца перешагнуть. Впрочем, Ромка уже и забыл, по какой причине он так гнал.

Бомбила взглянул на Давида – тот лежит на льду и не шевелится. Проходу к полкам с товарами не мешает. Рома решил убедиться наверняка, что опасности нет: пройти от входа до самой кассы. От ассортимента мини-маркета глаза разбегаются. Дабы удостовериться, что это реальность, таксист подошел к одной из стоек и схватил первую попавшуюся бутылку.

Он предположил, что от этого бутылка исчезнет, а сам он очнется в такси или вовсе в своей постели. Сего не последовало. Роман стал вести себя наглее. Он сорвал с бутылки крышку и залпом сделал несколько глотков – водка оказалась самой настоящей, что подтолкнуло Романа на дальнейшие подвиги. Шофер брезгливо откинул бутылку на пол – та разбилась. Его руки потянулись к алкоголю подороже. Внимание Ромы прыгало с одного товара на другой – поначалу он пытался припрятать все за пазухой, пока не замер на месте, услышав шорохи в подсобке.

Все, сейчас его точно застукают. «Ты поплатишься за все, Ромашка. Надо было линять отсюда. А ты опять за свое!» – аукалось в голове.

Шорохи сопровождались едва уловимыми писками – кажется, женскими. Ромка хотел поскорее ретироваться, однако скромность добытого его не устраивает – борьба между страхом и наживой сбивает вора с толку. Соблазн велик, а страх преследования забыт: «Раз копыта не отбросил, значит, хорошо ими подвигал».

Кто бы ни сидел в засаде, Рома обязан его нейтрализовать.

Он вооружился лопатой с одного из стеллажей и стал тихонечко приближаться к двери в подсобку, из которой доносились звуки. Сжав в руках орудие борьбы со снегом, таксист, загруженный бутылками, пачками сухариков и жвачками, толкнул дверцу ногой. За ней царит разруха: столик лежит на полу верх ногами, еда разбросана, бутылки разбиты, всюду валяются кусочки скотча.