Подъемная сила

Все еще стоя на тротуаре возле жилого корпуса 3 курса, Алекс вынул коробочку-футляр из кармана кителя, достал ягодку синей клюквы, положил в рот и медленно начал жевать. Первокурсники в отдалении предосудительно посмотрели на меня. Я подмигнул им. Они еще не настолько оборзели, чтобы возле собственного барака жевать. Те быстро отвернулись. «Эффект достигнут!» – подумал я. Первачи продолжили трясти перед друг другом разноцветными модными коллами и что-то громко обсуждать. Спорят, наверное, у кого блестит больше.

– Курсант Покрышев! – прогрохотало где-то совсем рядом с ухом.

– Так точно! – отчеканил я.

– На занятия по строевой подготовке не опоздаете?

Дежурный офицер не добрым образом глянул на расстегнутые верхние пуговицы моего кителя.

– Разрешите немедленно проследовать на плац?

Я улыбнулся уголками рта, но быстро застегнул пуговицы.

– Выполняйте. – уже менее недовольно и даже немного кивнув.

– Ладно…

– В форточке прохладно! – опешил офицер.

– Есть!

Курсант Покрышев развернулся и быстро зашагал в установленном направлении, подошвы туфель горели, сильно хотелось заржать в голос.

«Естькать он мне будет», – уходя в обратном направлении, ворчал офицер, – «может еще жрать попросит в следующий раз, тфу!».

Погода стояла замечательная. Солнце светило уже совсем по-весеннему. Почки набухали на пока еще лысых деревьях, стыдно, наверное, голыми стоять. Щебетали птички, и вся природа пела о том, что скоро лето. Плац был сухим, на тех квадратиках, где еще вчера стояли лужи, теперь топтались в ожидании командира мои однокурсники, такие же охламоны, не понимающие происходящего с ними в данный момент.

Занятия прошли скучно, мы хорошо поработали и дружным аккуратным строем под коллективное пение отправились на завтрак.

В буфете царил страшный гомон. Еще бы! 500 человек собери в одном месте. Кучками стояли представители разных курсов, между этими кучками шнырял туповатый робот автоуборщика. Хорошо ли, что эту профессию полностью заменила автоматика? Группки учащихся были распределены естественно по старшинству и естественно по схожести взглядов на жизнь.

Первый курс вел себя как дети, второй курс метался по модели поведения между первым и третьим, третий курс паясничал, четвертый смотрел во рты пятому, пятый спокойно разговаривал в своих компаниях. В тот день в одной из таких компаний я первый раз увидел второкурсника Аркашку, наши взгляды встретились, он, улыбаясь, мотнул головой вверх, как бы с вызовом: «Чего, мол, надо?».