Игрывыгры

До сих пор Жанна олицетворяла искушение, теперь – животный зов. Михаил поперхнулся.

– Н-нет, – выдавил он, – не врут.

Чужие наглые прелести пялились на него не менее откровенно, чем он на них.

– Вот. – В продолжение темы лучистые глазки Жанны, умевшие без привлечения посторонних предметов превращать мужчин в фарш, печально опустились. – А хочется быть умной.

Михаил прокашлялся.

– Похвальное желание.

– Одобряете? И не считаете, что женщине нужно быть очаровательной пустышкой, которая создана исключительно для ублажения?

Интэрэсный поворот разговора.

С какой из версий не согласись, все равно в выигрыше: к одному собеседница стремится, а вторым является. И малолетняя чертовка знает это, поскольку умело использует.

Вспомнилась супруга. Сейчас она, должно быть, оплакивает его, утешая детей. Хотя, каких детей? На отдыхе они все, благодаря нежданному подарку небедного шурина. За границу на месяц отправлены, в пику ему, Михаилу, намеревавшемуся привлечь мелюзгу к работам на огороде. В очередной раз крутизну свою родственничек показал, хотя на десяток лет младше.

Ну да пусть себе, лишь бы дети хорошо отдохнули.

– Женщине можно быть любой, – объявил Михаил. – Мужчины все равно оценят по достоинству, каким бы ни было это достоинство.

Жанна хихикнула.

– Я сказал что-то смешное?

– В обратном прочтении у вашей мысли совсем другой смысл.

– Не понял.

– Ну, если перевернуть фразу, поменяв женщин и мужчин. Получилось бы: «Мужчине можно быть любым. Женщины все равно оценят его по достоинству, каким бы ни было это достоинство».

Смех в полный голос заставил улыбнуться и Михаила, хотя ничего остроумного в переводе разговора в нижнюю плоскость не было.

Жанна вдруг посерьезнела.

– Вы женаты?

Вот и произнесено долго и старательно обходимое. Пора, наокнец, расставить все галочки над имеющимися и-краткими.

– Да.

– Она ждет сейчас?

Прежде чем ответить, Михаил долго смотрел в одну точку, в которой Жанна ничего любопытного и глубокомысленного не видела.

– Я думаю, она меня похоронила.

– Вот как? – Собеседница не стала влезать в подробности и в образовавшейся тишине вновь подлила в свой бокал. А Михаил, по ее примеру, в свой.

– За жизнь! – провозгласил он тост.

– За надежду! – прибавила Жанна.

После того как звонко чокнулись, она вновь только пригубила, наблюдая, как содержимое второй емкости исчезает в закаленных недрах.

– Вы где работаете? – начала Жанна новую тему.

– В типографии.