Ольф. Книга шестая

С тех пор, как на меня свалилось всемогущество, я стал более осторожным во всех сферах. Люди могли убить меня или поймать, а не люди легко подложили бы другую свинью, о которой даже догадаться невозможно. В делах собственной безопасности лучше перестраховаться.

Внешняя красота создавала ощущение неуютности, и я включил «видимость изнутри». Маша охнула и, отпрянув, снова прижалась ко мне, еще сильнее.

Я, как говорится, сделал красиво: включился малиново-розовый интерьер – домик для куклы, мечта девчонок.

В глазах рябило от малиновых, алых и розовых оттенков, непривычно выпрямленные стены и потолок мерцали, вспыхивая блестками и переливаясь бриллиантовыми сполохами. Маша огляделась, глаза уставились на мягкий «подиум». Не внезапность появления пола, стен, потолка и обстановки и не их красота и нереальность в выбранной точке пространства поразили и зацепили взгляд Маши. Первое, что она отметила – то, что единственное место, пригодное для сна, в открывшемся помещении всего одно.

– Твой дом?

– Да. Живу один.

– Живешь здесь, на Кайласе? Это твой лик нельзя видеть, чтобы не умереть?

По интонации было непонятно, серьезно говорила Маша или иронизировала.

– Я живу не только здесь. Я не бог, но мои возможности сейчас больше, чем у любого из людей.

Получилось высокопарно. Словно я хвастался. Я, конечно же, хвастался, но с Машей так говорить нельзя, она любит простоту в словах и отношениях. Если хочу второго – надо следить за первым.

– Располагайся, – я указал на кровать и мысленно приказал стенам открыться в сплошную панораму. – Спальное место здесь многофункциональное, сейчас оно послужит нам столом. А вообще, как видишь, у меня тут тепло, давление в норме, и нет ветра. Но если хочешь…

Прозвучал мысленный приказ «На одну секунду пропустить частично», и внутрь проник вой бушующего снаружи урагана, незаметного из защищенного помещения. Дыхание перехватило. По лицам и рукам, а у Маши еще и по голым ногам ударило воздушной волной с ледяной крошкой.

Маша вздрогнула и съежилась:

– Не хочу!

Прозрачные стены вновь стали непроницаемыми для внешних воздействий.

– Прости. Хотелось показать, что у меня уютно и ничего не надо бояться.

– Я не боюсь. – Маша влезла с ногами на кровать. – Или надо бы?

– Не надо.

– Тогда рассказывай.

– А покушать?

– Я прекрасно воспринимаю информацию во время еды.