Синдром Деточкина

– Но данные немецкого автогиганта… разве они в свободном доступе? – удивился Сергей Сергеевич.

– Вы удивитесь, но да. Сделать такую проверку может любой, у кого есть доступ к гаишной базе данных.

– Кроме самих гаишников.

– Почему-то да. – Еще один взгляд на часы заставил меня поторопиться: отведенные две минуты были на исходе. – Простите, спешу.

– Спасибо! – Вскочивший Сергей Сергеевич стал трясти мою руку.

– Еще не за что. Удостоверьтесь, что это ваша машина, и если все подтвердится – найдем тех, кто перепродал, а через них выйдем на перебивщиков номеров и угонщиков.

Мы поработаем с ними, уговорим больше так не поступать, потому что это плохо, и раскаявшиеся грешники принесут компенсацию. Тогда сможете поблагодарить.

Передав воодушевленных гостей охране, я бросился вниз.

5

Дорога заняла минуты, гораздо больше времени ушло на оформление пропуска, согласование и проверку на тему, можно ли допустить такую птицу непонятной породы пред светлы очи с а м о г о.

Секретарь – обыденно-стандартная в таких случаях крашеная блондинка с выпирающими сверху и снизу мощными якорями, которыми крепко держалась за должность – угодливо улыбнулась: ей сообщили уровень гостя.

Дверь передо мной распахнулась, и, миновав чистилище, я оказался в райских кущах истинного народовластия.

Долгопуров Евгений Вениаминович, обрюзгший, с жирной родинкой над правой бровью, в непомерно-дорогом костюме (увы, теперь и я разбираюсь) и с «Брегетом» на запястье (уж, поверьте, не с ближайшей барахолки), бросил карикатурному гориллообразному охраннику:

– Мить, погуляй пока, – и, далее, уже мне: – Алекс, если не ошибаюсь?

– Не ошибаетесь.

Уважительно отворивший передо мной двери охранник подождал, пока я войду, и старательно прикрыл дверь с другой стороны.

– В чем проблема? – спросил я, не обращая внимания на жестом предложенное кресло. Задерживаться я не собирался.

Долгопуров пошевелил губами и растянуто-хрипло выдал:

– Шантаж.

При его достатке и положении – логично.

Райские облачка благополучия разлетелись рваными ошметками, солнце уверенности и значительности сорвалось с крючка и рухнуло к ногам незадачливого декоратора. Реальность прорвалась сквозь дым старательно насаждавшегося миража. Ибо – нефиг. На каждую силу всегда найдется другая сила.

– Почему обратились к нам, а не в полицию?

Брови Евгения Вениаминовича собрались в кучку, веки чуточку опустились:

– Не хочу поднимать шум.

– Понятно. Рассказывайте.