Зимопись. Книга пятая. Как я был невестором

Увы, несбыточная. Хотя мысль схватить и убежать, если честно, не покидала долго.

– Ближайший дым далеко. – Спустившаяся сестра Вероника опоясалась моей мечтой и облачилась в привычное красное. – Сигналов о нашем прибытии нет – значит, все получилось. Теперь нужно разделиться.

Вооруженный отряд почти в полном составе отправился в лес по левой стороне, остались пятеро: я, святая сестра и тройка царберов в полном вооружении – как символ непобедимой мощи, которая обрушится на непокорных, если они будут вести себя плохо.

Я давно понял: плохо и хорошо – понятия относительные и легко перетекают друг в друга. Смотря как на них смотреть. Сильный, как правило, – всегда больший правдолюб и демократ, чем слабый, поскольку у слабого нет возможности доказать обратное. Слабый всегда виноват, аксиома. «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать…»

– Им нужно время, чтобы уйти подальше.

Отправив отряд вдоль гор, оставшимся сестра Вероника дала время на отдых. Лучше всех отдохнул я, поскольку единственный не был занят тем, чтобы не спускать с себя глаз.

Тело отдохнуло, не спорю, а душа тыкала в себя включенным паяльником: как обстоят дела в долине? Дошел ли Малик? Если да – кто теперь правит и как? А главное: на каком этапе меня уличат во лжи и линчуют? На той стороне гор все виделось иначе. Там казалось, что я обманул всех. Не стоило забывать совет одного из лучших специалистов в области лжи: можно всегда обманывать одного или некоторое время всех, но нельзя всегда обманывать всех.

Вот и аукнулось.

Красная накидка ненадолго отлучилась в район ближайших кустов, между солдатами мгновенно завязался разговор – предельно тихий и столь же предельно предметный.

– Хороша. Жаль в сестриссы метит, не по зубам будет.

– Ничего, подрастут новенькие.

Хоть и матриархат, хоть и дисциплина, помноженная на менталитет, а в сугубо мужском коллективе все равно говорят о бабах.

– Как думаете, до посвящения Веронику в командировку отправят?

– Вряд ли.

На меня говорившие внимания не обращали, вернее, они решили, что после перехода я устал и отключился.

Глаза у меня были закрыты, но уши прекрасно расслышали вздох досады. Воин продолжил:

– Возвращение оторванной области в сестричество станет для нее лучшей рекомендацией, потому из кожи вон лезет.

– Как бы совсем не вылезла.

– Лучше бы из одежды.

– Быстрей бы нам в расположение вернуться.

– А ты уверен, что командировочные лучше Вероники окажутся?

– Как повезет.