Банкир

– Ну что? Бьется?

Вместо ответа, старик уложил человека на спину, несколько раз сильно, ритмично надавил на грудь, развел руки, свел, снова надавил, набрал в легкие воздуха и начал делать искусственное дыхание.

– Вот дает дед, а, Серый? А ведь он же жмурик был, сдохнуть мне на месте!

Старик сидел над лежащим человеком, по лицу обильно катился пот.

– Дышит, Серый, дышит…

– Дед, так он чего, ожил?

– Ожил, ребятушки, ожил. Берись – и в дом. Живо!

– В кабака-а-ах зеленый штоф, синие салфе-е-етки, рай для нищих и шутов, мне ж – как птице в клетке-е-е… – хрипло тянул крепко уже принявший Колян, уставив локти в стол…

…Мужика занесли в комнату, уложили на широченный топчан.

Старик натер его сначала крепчайшей виноградной водкой, потом каким-то снадобьем из баночки, укрыл жестким шерстяным одеялом:

– Даст Бог – оклемается…

– Ишь – мужик здоровущий, а руки – как у барина… И перстень – что огонь… – вздохнул Серый.

– Этому все «гайка» покою не дает! А по мне бы – вина красного да бабу рыжую! – гоготнул Колян, потянувшись до хруста.

 – И чего непруха такая? Нет чтобы девку из воды вытянуть, этакую биксу лет семнадцати, да чтобы ноги из ушей росли!

– А задница где? На затылке? – подначил Сергей.

– Не шаришь ты, Серый, оттого и серый такой! Это ж мечта! Понял? Мечта!

– Мечтать не вредно! А что, Михеич, здешний мужик?

– Да вроде нет.

– Так чего, в амбулаторию его сдашь?

– Чтоб он там наверняк помер? – хмыкнул Колян.

 – Жив-то он жив, а вот в чем душа держится – непонятно… А как думаешь, Михеич, из крутых он?

Старик улыбнулся:

– Кто что крутостью считает…

– А я вот чего скажу, – встрял Серый. – «Росписи» нет, а на руках – «трассы» свеженькие. Баловался парнишка марафетиком… Какой-нибудь интеллигент из новых подсирал… Дозу принял, по шарам дало, ну и ухнулся в воду-то… Так я это, Михеич… Нам как-никак магарычок от этого нептуна положен? А, Колян?!

– Раз этак обернулось… – пробурчал приятель, – оно конечно.

– А кольцо, поди, мильон стоит, а то и два… – продолжал Серый. – Михеич, кольцо нам без надобности, а бадейку вот этой виноградной выставишь? На десяти литрах – и сойдемся…

– А кондратий не хватит? – снова улыбнулся старик.

– Да мы ж не враз! Врастяжечку! У тебя бадья-то подходящая найдется, Михеич?

– Сыщем.

– Ну а щас – чур не в счет. Ты угощаешь. Лады?

– Лады.