Охота на медведя

А играть умеешь пока «по копеечке». Отсюда несоответствие. Комплексы. – Борис Михайлович вздохнул. – Нет чтобы сыграть по правилам и – нажить те самые двести?двести пятьдесят лимончиков на двоих... Неплохая сумма, я тебе доложу.

– Хорошая. Не по правилам поступил ты, Борис. Ты вышел из игры, снял деньги и исчез. И тем самым создал проблемы.

– Ты что, действительно считаешь, проблемы создал я?

– Еще какие. Вчера мне пришлось объясняться с некими... господами. На кладбище.

– Неужели с призраками?

– Отнюдь.

Чернов поморщился:

– Общак?

– Да.

– Кто принимал деньги?

– Том. Под пять процентов.

– Жадный мальчик. И хитрый. При чем здесь я?

– Если бы на нашем счету оставалось девяносто пять миллионов, они бы не суетились.

– Не говори ерунду, Медведь. Нас списали бы по?любому. На твоей, как ты это называешь, игре люди потеряли... – Чернов закатил глаза к потолку, – миллиардов шесть.

– Это бизнес.

– Это глупость.

– Я тебе все объяснил, Борис. Мои расчеты...

– Ты меня развел, Медведь. Меня! И тем – подставил. Ты имел одни расчеты для меня, другие – для себя. Так?

– Ты же сам сказал: я повзрослел. Ты никогда не согласился бы на столь рискованную игру.

– Это не игра, а самоубийство.

– Как бы там ни было, я собираюсь продолжить.

– Что?

– И выиграть.

Борис Михайлович откинулся на стуле, долил себе кофе, долго помешивал, забыв положить сахар.

– А ты забавный.

– Ты не понял, Борис. Я сегодня хочу вернуться в Москву. И вернуться с деньгами.

– Скатертью дорога, – оскалился Чернов. – Европейские банки к твоим услугам. Кредит пустячный, проценты ты предложишь огромные. Правда, с обеспечением неважно, хотя... Как выразился господин Борзов, «светлая голова – надежная гарантия». Валяй.

– Верни деньги, Борис.

– Деньги? У тебя были деньги, Медведь? Ты их заработал?

– Я хочу закончить дело.

– А я хочу искупаться. Через четверть часа я так и сделаю. Понял, чем мы отличаемся?

Олег задумался, произнес грустно:

– Да. Отличаемся.

Чернов вскинулся:

– Ты решил, что я повелся на бабки, бросил налаженное дело и свинтил? А тебя решил взять в долю ради будущих полулегальных гешефтов?

– Я ничего не решил. Но готов ко всему.

– Это ты так думаешь.