Предназначение

Ну да, он же бог, бессмертный олимпиец, которому позволено все. Можно говорить все, что угодно, не думая о том, что делаешь человеку больно. Все равно тебе за это ничего не будет. Стояла тишина, только издалека слышался звук включенного телевизора; шла какая-то из популярных субботних программ.

Дионис театрально вздохнул и сказал, отвечая на мои мысли.

– С тобой все в порядке, Полина. Выброси глупости из своей головы. На этом Совете на тебя будет возложена особая задача. Так совпало. – Он развел руками.

 – Как говорят смертные, звезды сошлись, и встречу перенесли в Москву. А у нас на Олимпе мы говорим, что тебе выпала честь оказать нам, богам, услугу. И не волнуйся, перед тем, как это произойдет, ты получишь от некоторых из нас «плюшки». Они тебя порадуют, вот увидишь.

Закончив свою речь, бог вина громко расхохотался, а в руках у него появилось большое блюдо с пирожками. Обстановка за нашим столом волшебным образом изменилась: напряжение ушло, на лица вернулись улыбки, мы услышали стрекотание цикад и ощутили очарование теплого летнего вечера.

Павел Денисович наполнял бокалы вином, возобновился общий разговор. Я порывалась ответить Дионису, но на ум приходили сплошные банальности. Дионис же, казалось, позабыл обо мне. Я не участвовала в общем разговоре, а прислушивалась к себе. Бог вина затронул крайне неприятную тему и сделал это публично. В глубине души я понимала, что он в чем-то прав. По поводу серости, скуки, отсутствия личной жизни. Было удобно не признаваться себе в этом, загоняя проблемы внутрь, прикрывая суетой на работе, хватаясь за множество дел и воздвигая стену между собой и другими людьми. Отсутствие личной жизни я объясняла себе тем, что в наше время выходят замуж и женятся позже, после тридцати. А значит, у меня все впереди. Тем более, что мало кто из коллег моего возраста имел прочные отношения или семью. Все откладывали это на «потом», занимались «карьерой». Наверное, по этой причине я и чувствовала себя комфортно в нашем коллективе. Но слова о том, что хорошо бы мне научиться смеяться, по-настоящему задели меня. После того болезненного расставания (три месяца назад), я спряталась в свою раковину. Но отличие было в том, что я присматривалась к себе и училась улыбаться. Не только на деловых встречах, где вовремя улыбнуться и рассмеяться на чью-то шутку, для меня было легко и просто (ведь там не я, а «Полина – успешный пиар менеджер»).