Слабое место жесткого диска (сборник)

И вздохнул, изображая изумление, попутно снимая дурацкое полотенце с головы.

Объяснения потребовались тут же: Катя стремительно обрела былой напряг. Приподняв дуло и уставив мертвый черный глаз мне прямо в лоб, она шипела то на Марину, то на меня.

Рассказ о бедственной жизни, остатках былого богатства, с основной массой которого сбежала неверная жена, о сомнениях в обеспеченной старости и решении застраховаться от всяческих неприятностей в «Тарасов-Айнэ», о том, как после знакомства с Мариной побыл в гостях и отправился за своей машиной, уже третий день стоящей в ремонте неподалеку, – отправился, кажется, специально для того, чтобы встретить вновь такую симпатичную девушку (это шутка, юмор, немного солнца в холодном поту, который катился по моей спине во время насквозь лживого рассказа).

Катя недовольно и выразительно покачала головой, сплюнула прямо под стол и заметила:

– Уж очень подозрительное совпадение получается.

Однако ничего особенно невозможного или даже редкого в подтасованной моим рассказом действительности не было – подобные совпадения встречаются в жизни довольно часто.

Особенно в совершенно небольшом поселке Юбилейном, где водителей машин, скорее всего, насчитывалось не более полутысячи. А тех, кому могло приспичить в ночь отправляться в центр, – и того меньше. Раз эдак в пятьсот!

Так что придраться оказалось не к чему, и чайная церемония пошла своим неторопливым ходом.

Прикидываясь верящим в человечность преступниц, я делал вид, что совершенно спокойно рассчитываю на двадцатку и на последующее расставание обоюдодовольных сторон, лез с ненавязчивыми расспросами – мол, как таких красивых девушек угораздило встать на такой опасный путь; как же это они умудряются соперничать с мужчинами? При этом вопросе девушки встрепенулись, на лицах появились гримасы.

Катечка немедленно кинула в пространство острый взгляд, и пересуды тут же улеглись. Да, дисциплина у них была поставлена как надо.

Разговоры текли живо, хотя и негромко, как-то спокойно и расслабленно, а также совершенно безрезультатно для обеих сторон, если исключить тот факт, что девушки убивали время, чтобы потом убить меня; в ответ на мое актерство они добросовестно делали вид, что принимают меня за «нормального парня», «за «своего» заложника, с которым классно иметь дело и которого непременно отпустят после этого самого «дела…», а потом будут открыточки на Восьмое марта присылать.

Надо всей этой развеселой беседой царила атмосфера страха.