Я убью за место в раю

Ты про того вчерашнего в баре? Которого покалечил за заточку?

– Он не умер? – Шериф был удивлен, – нет, не про него, вырасти над ним можжевельник. Меня интересуют группы, которые выходили на восточные склоны. Сколько их было?

Наталья, наконец, пристроилась на ржавую арматурину и снова тяжело вздохнула. Она потерла грязной ладошкой лицо и еще раз глубоко вздохнув, раскрыла свой журнал. Полистав несколько страниц, нашла вчерашний день.

– Так. Что у нас было вчера. Да, день выборов – короткий рабочий день. Слабые осадки, температура стабильная, в пределах нормы, радиация ниже критической, и так далее.

Группы выходили поздно, как во вторую смену. Сейчас в одну смену ходим. Особо после заморозков собирать нечего. Вышли около двенадцати. К пяти вечера все вернулись назад и потопали на выборы.

– Все?

Наталья посмотрела на него снизу и скорчила гримасу, показав слегка кривые, но белые зубы.

– Шериф, ну перестань. Смотри, – она повернула к нему журнал, – вот запись переклички при выходе. Шестьдесят восемь человек.

Шесть групп и восемь сопровождающих. На восток от ворот пошли три группы. Вот эти. Видишь скобками выделено. Старшие сопровождающее вот, записаны: Трофимыч, Морячок и Улугбек. Все трое привели группы назад в полном составе. Смотри, вот подписи всех вернувшихся и сопровождающих.

– Всех сама встречала? Лица смотрела? – Шериф пристроился сбоку от Натальи и навалился на ее плечо, отчего арматурину повело в сторону вместе с девушкой.

– Торопились, конечно, на выборы.

Бегом, бегом. Но, вроде бы я всех осматривала. А что случилось?

– Вроде бы всех. Вот ты! Клять, замерзшим калом тюленя тебя по голове. Наталья! А говоришь порядок как у меня. Не тряси журнал. Где запись девушки по имени Мария? Новенькая, перевелась к тебе с две недели как. Гражданство получила чуть больше месяца назад.

– Мария, Мария. Не дави, бирюк тяжеленный, упаду ведь. Или нарочно завалить хочешь? В глаза не смотришь никогда, а лапаешь. Где авансы? Где подарки? Где три свидания перед сексом?

– Ищи давай, не фантазируй, – огрызнулся Шериф, но налегать на плечо перестал.

– Вот она. Мария Фролова. Молодая, а с фамилией. Гордая видать. Такие обычно погонялами обрастают и фамилии забывают. А то и не имели никогда. Так. Вот отметка о прибытии. Вроде все нормально. Плащ, нож, ведро приняты по описи. Что случилось-то?

– А подпись после возвращения где?

– Да вот. Вроде похожа. Так что стряслось?

Шериф выпрямился.

– Пока не знаю.