Стеклянная шестерёнка

– Буду признателен, мистер Эдельхейт, и непременно вас отблагодарю, – улыбнулся Вильямсон, хотя его глаз в тот момент едва не дёргался.

– О, не стоит. Ваша дочь и так была весьма убедительна и благодарна, – невинно улыбнулся Гай, вытирая рот кружевной салфеткой.

При упоминании об Инес Вильямсон уже неприкрыто нахмурился.

– На что вы намекаете, сэр? – угрожающе спросил он.

– Ровно на то, что сказал. А вы о чём подумали, господа?

Гай улыбался так добродушно и в то же время самодовольно, что Вильямсону хотелось отодрать трубу от стены и огреть его по довольной физиономии.

В конце концов, любые вопросы, касающиеся репутации имени Вильямсон, Грегор воспринимал очень остро. Его кулак так опустился на стол, что вилки с ножами жалобно звякнули.

– Вы наглец, сэр!

– А кто вам важнее: умелый наглец или вежливый неумеха? – не растерялся детектив.

Бонс смущённо кашлянул. Грегор понял, что позволил себе лишнее при свидетелях, потому заставил себя снова улыбнуться в ответ и даже пожать Эдельхейту руку.

– Ох, видимо я вас не так понял. Я рад, что вы согласны. Уладим формальности и приступайте к работе как можно скорее.

Вильямсон с силой сжал ладонь в белой перчатке. Гай не повёл и бровью. Вильямсону нужны его таланты.

После этого Бонс снова завёл шарманку про свой «Клуб привидений», и разговор перешёл в мирное русло.

* * *

Несмотря на то, что рабочие успели убрать завалы, сгоревший цех представлял собой жалкое зрелище. Его готовили для шумного открытия, но он только шумно развалился.

Уцелевшие стены почернели, повсюду валялись обгоревшие доски. Железные погнутые балки торчали подобно сломанным костям, а провода болтались как порванные сухожилия. В куполообразной крыше огромная дыра, а прямо под ней на Эдельхейта смотрело чудовище из разноцветных металлов, разорванное на куски.

«Мёртвое чудовище, как ни погляди», – заметил про себя Гай.

– Над чем именно вы здесь работали? – спросил он Вильямсона, который внимательно следил за всем, к чему прикасался назначенный детектив, словно тот был потенциальным вором.

– Это тайна производства, сэр, – деловито ответил хозяин фабрики.

– Вы собирались показать эту «тайну» всему высшему свету. К тому же её больше нет. Какой смысл охранять обломки?

Эдельхейт указал тростью на безобразную гору металла, в которой едва угадывались прежние очертания труб, колёс и котлов.

– Это… поезд, сэр, – с осторожностью ответил Вильямсон.

– Всего-то? – небрежно усмехнулся Эдельхейт.