Жених под елкой

Морозову завтра поставим на ноги, на лыжи то есть. Федорова я возьму на себя, Эдуард проконтролирует нашу ягодку…

– Ее уже контролирует Суконкин. Боря, а кто будет контролировать меня?

– Тебя, Эллочка?

– Меня, Боречка.

– Слушай, дружище, у тебя все равно непрезентабельный вид. Синячище и тому подобное, – обратился к Эдику Телегин. – Закинь Морозову наверх самостоятельно, а мы тут отойдем на пару часиков.

– Она же не чемодан! Откуда я знаю, где у вас верх?

– Верх наверху, – укоризненно хмыкнула Эллочка.

– Я еще не устроился, между прочим!

– Завтра оформишь вселение, сегодня Новый год, Бочкин. Новый год, дружище! Шампанское, женщины и секс!

– Ну, у некоторых это ассоциируется с чем-то иным, – вяло заметил Эдик.

– Эдичка, – загорелись глаза у Эллочки, – а что с твоей свадьбой? Почему она расстроилась?

– Невеста сбежала! – брякнул Эдуард, перекладывая Машу на другое плечо.

– А такое бывает? – поразилась Эллочка. – Обычно происходит наоборот.

– Я сам весь необычный, – заявил Эдик и пнул двери ногой.

– Правда-а-а? – приценилась к нему Эллочка наметанным глазом. – Ты ведь у нас все еще холостяк. Печать в паспорт поставить не успели?

– Какая разница!

– Не скажи. Разводиться потом себе дороже. Если она окажется хапугой… Собственно, хапать у тебя нечего. Боречка, так как насчет контроля?

– Ты же слышала, что он не знает, куда идти! Придется нести Морозову всем вместе. Эллочка, ты можешь остаться и подождать.

– Чего тут ждать? У моря погоды? Все мужики расхватаны, я уже посмотрела.

Эдик вышел на улицу и только тогда вспомнил, что Маша без верхней одежды. А пьяному простудиться легко, потом она будет его обвинять, что проболела новогодние каникулы. У него медовый месяц сорвался, но это не ее вина. И чего он решил жениться на Светке?! Машка вот хорошая девчонка, только слишком серьезная. Впрочем, чего это она так сегодня напилась? Не из-за Телегина же, которого обольщает Эллочка? Этот карьерист ее недостоин.

Эдик развернулся и подошел к гардеробной.

– Во что она была одета?!

Телегин развел руками.

В этом-то и причина. Эдик помнил каждую встречу со Светкой во всех деталях кроя и по существу. Он любил ее. А она променяла его на двух амбалов. Или на кого-то третьего, кто всем этим руководил…

– Это ты-ы-ы?

– Маша, ты очнулась?

– Не-е-е-ет.

– Телегин, ты видел, Маша очнулась!

– Не видел, – подбежал Борис. – Может, она сама дойдет?

– А я ви-и-идела.

– Кого, Маша?

– Бо-о-осса.