Блесны

«Нажми на кнопку – получишь результат», – обещает нам навязчивая реклама, вот только результат часто слишком далёк от желаемого: вот Васечкина, например, почти идеальный образчик современной девушки с обложки, только вот ни семейного, ни простого какого-нибудь бабского счастья типа «был бы милый рядом» ей это так и не принесло…

«Тааааак, и чо мы тут красуемся стоим? Кардио закончила – бегом на силовые!» – раздался за спиной знакомый фальцет. Фальцетом разговаривал Кирилл – огромный шкафина с грудой мышц явно стероидного происхождения и кулаками размером с детскую голову – персональный тренер Васечкиной.

Очень крутой и дорогой, между прочим. У Васечкиной всё было самое крутое и дорогое. Его квадры бедра были так раскачаны, что ноги давно забыли, что такое стоять вместе, а руки, если не были отягощены в конкретный момент гантелями или штангой, всё время будто слегка взлетали от внезапной невыносимой лёгкости, поэтому и стоял этот парень, и ходил в исходной позиции «ноги на ширине плеч, руки вниз и в стороны». Кирилл вообще производил впечатление огромного и грозного брутала, пока, конечно, не открывал рот. А когда он начинал говорить, то все вокруг растекались в невольных улыбках – такой разительный контраст был между его брутальной внешностью, тоненьким голосочком и грозной речью.

Васечкина вспомнила, как её подружка Ирка, видевшая Кирилла только на рекламных щитах фитнес-клуба, советовала ей обязательно переспать с тренером, «чтоб отвлечься от семейных проблем», и, наконец, впервые за эти несколько дней, улыбнулась.

Она просто представила, что эта громадина шепчет ей в постели нежности своим фальцетом, и то, что должно было быть эротическими фантазиями, немедленно превратилось в цирк. «Неееееееееет, секса у нас с Кириллом точно не будет, – решила Васечкина, – какой там секс, я ж буду истерически ржать до, после, а главное – во время! Хотя… Что там… Можно подумать – он предлагает, вон муж-то от супружеского долга бежит, как от огня, а тут – сам Кирилл, мечта всех гламурных кис района…» Девушка вздохнула и обречённо поплелась к штанге. Кирилл привычно взялся было страховать, но быстро вернул штангу на место. «Э, мать, да ты что, плакала? Почему глаза такие опухшие? Ну-ка, быстро рассказывай, что там у тебя стряслось?» «Плакала, – кивнула Васечкина, – представляешь, я своему на 23 февраля подарила набор блёсен. Хорошие блёсны, японские, дорогие…» – подбородок её предательски дрогнул.