Костяной капеллан

Понимаешь?

Она опустила взгляд на десять серебряных монет у себя в ладони, затем перевела на меня. Глаза у неё сузились. В армии сержант зарабатывает такое количество долгим трудом, за полгода и больше. Она сжала губы, будто хотела что-то сказать, но потом передумала. Монеты исчезли у неё в кошельке.

– Благодарю, – кивнула она; так Анна Кровавая и стала по-настоящему моей правой рукой.

Я хотел перемолвиться кое о чём с тётушкой, но и прежде этого было о чём позаботиться. На кухне расплатился с доктором Кордином серебряной маркой.

Собственно говоря, я переплатил, но меньше у меня не было, кроме пары медяков, которых не хватило бы. Иметь его у себя в должниках, во всяком случае, не повредит.

Хари, всё такой же мертвенно-бледный, уставился на меня в растерянности. Думаю, он тогда даже не совсем понял, кто я такой.

– Ступай-ка домой, накинь на себя что-нибудь, – сказал я Кордину, – потом возвращайся и присматривай за Хари. Я его не знаю, но это человек моего брата, и ранило его, когда он за меня дрался.

Так что теперь это и мой человек.

По правде говоря, Хари ранило, когда тот проснулся от взрыва огненного камня, но это не важно. Важно другое: если он выживет – навсегда станет моим. По крайней мере, это будет один из отряда Йохана, которого я принял к себе.

Посмотрел я на братца – тот всё так же храпел, развалившись на стуле. Порожняя бутыль из-под браги валялась на полу возле его сапога. Да, прошлой ночью он храбро сражался, и я знаю, что зла на него держать не следует, но уже одно то, что он снова здесь, под этой крышей, напоминало мне, как плохо мы с ним ладили.

Нас объединяли ужасы нашего детства, но в зрелые годы мы так и не сдружились.

Вернулся я в общую комнату и там раздал каждому по три марки.

– Привет вам, Благочестивые. Этой ночью бились вы славно все до единого, и этого я не забуду. Говорил я вам, что здесь найдётся для вас дело, ну так вот оно. Порой придётся выполнять грязную работу, врать не стану, но по труду будет и оплата, так что тут ничуть не хуже, чем в армии.

На миг повисла напряжённая тишина, а затем лица стали расплываться в улыбках.

– Благодарствуем, начальник, – сказал парень по имени Мика. Он был из Йохановых – и вот только что назвал меня начальником. Добрый знак. Теперь, видно, их у меня двое. Я похлопал его по плечу и дал ещё одну марку:

– Вот, держи-ка да разыщи каких-нибудь мастеровых. Когда вернусь, чтоб стояла новая дверь, да и окна побитые пускай заменят.

Мика кивнул.