Злость

Он подчиняется Вреду и оборачивается, делает глубокий вдох, собираясь что-то сказать, но не произносит ни слова и вместо этого начинает плакать.

Долгое время они, двое мужчин, не двигаются, объединенные общим горем. На земле пересекаются их тени, на небе медленно танцуют солнца.

* * *

В стороне от суматохи имперского порта ведут спор трое. Волны лижут скалы. Люди обмениваются сплетнями и оскорблениями, они переходят из рук в руки быстрее, чем товары. За внешней недружелюбностью скрывается странная привязанность.

Каждому довелось пережить достаточно, чтобы не реагировать на неприязнь другого. У каждого есть свой секрет.

Одна из них – женщина, годы тому назад сбежавшая с юга. Когда пали ее соратники, она нашла силу в их смерти, чтобы двигаться дальше. Иногда ей снится то время, и она просыпается со вкусом сырого мяса на губах.

Другой – мужчина, ворующий товары и сбывающий их как свои собственные.

Третий – ни женщина, ни мужчина. Смертным это существо кажется женщиной средних лет.

И что с того, что ее волосы не особо густые, а кожа светлее, чем у кого бы то ни было, – ничего необычного для живущих за пределами Сияющего Града.

Эти трое скрывают свою истинную суть, избегая агентов Крылатого Ока, рыскающих на окраинах.

Пока они продолжают спорить и ругаться, над ними пролетает небесный корабль – быстрый, невидимый.

Двое ничего не замечают. Третья резко закидывает голову, будто в макушку осой ужаленная.

– Ты там в порядке, Нэлл?

Она молчит.

Другие не могут увидеть овивающую ее сущность. Обычно Первые прячут каждую ее частицу глубоко внутри смертной оболочки, защищая от злого мира. Но связь между ними остается – слабая, будто намеченная акварелью паутина, скорее воспоминание, отголосок, нежели реальность. И хотя каждый из них слегка отличается от других и от оригинала, иногда на мгновение они могут вновь стать единым целым.

Первая замирает. Ощущает дисгармонию, смешение, путаницу, переплетение множества временны?х линий, которые сами располагаются в правильном порядке.

Короткий миг дышит свободно, спокойно.

Затем возникает жжение, и эти ощущения прекращаются.

Линии сущности тают, а сознание разделяется и сжимается.

В общем, пауза длится едва ли дольше удара сердца колибри, но этого хватает, чтобы информация незамеченной перенеслась через океан.

Эти усилия причиняют Первой невыносимую боль, но импульсы легко контролировать.