Восемь идеальных убийств

Честно говоря, собственно про преступление я ничего не помню, кроме разве что имени убитого, естественно. А вот что действительно застряло в памяти, так это что в конце романа выясняется: рассказчик и есть тот самый искомый убийца.

Едва оказавшись дома, я незамедлительно направился к книжным полкам и разыскал экземпляр этого романа Кристи. У меня имелось издание «Пингвин Букс»[41 - «Пингвин Букс» – британское издательство, основанное в 1935 г. в Лондоне, главной заслугой которого считается демократизация книжного рынка, превратившая книгу из предмета роскоши в удовольствие, доступное широким массам.

] в мягком переплете, одно из тех, что печатались в пятидесятых, с простой зеленой обложкой без всяких рисунков. Быстро пролистал его в надежде, что это каким-то образом подстегнет мою память на предмет сюжета, но ничего не вышло, и я решил прочитать ее, пусть даже и за ночь.

Возможно ли, чтобы тот, кто разместил комментарий, на самом деле был всего лишь обычным читателем или читательницей, решившим или решившей изучить все книги из моего списка? Наверное, такая вероятность все же существовала, хотя и довольно жиденькая, если не считать тот факт, что упомянутые в нем произведения действительно кто-то читал.

Это были книги, которым уже соответствовали реальные преступления, – «Убийства по алфавиту», «Двойная страховка» и «Смертельная ловушка». «Незнакомцы в поезде» вроде тоже, хотя Гвен Малви была пока особо не в курсе всех подробностей. Зато я был. И кто-то еще в равной степени.

Если эти строки сейчас кто-то читает, тогда я полностью уверен: внимательный читатель наверняка уже смог предположить, что я имею куда большее отношение ко всем этим преступлениям, чем пытаюсь делать вид. Не думаю, что не оставил совсем уж никаких зацепок. К примеру, почему мое сердце забилось чаще, когда Гвен Малви начала опрашивать меня?

Почему я еще при первой же встрече не сказал ей, кто такая Элейн Джонсон?

Почему одолел только два кусочка сэндвича в тот вечер, когда меня посетила агент ФБР?

Почему мне постоянно снится, будто за мною гонятся?

Почему я сразу же не сообщил Гвен про комментарий «Доктора Шеппарда»?

А действительно проницательный читатель наверняка уже заметил даже и то, что мое имя сокращенно – Мэл.

Мрачный намек, если кто понимает немного по-французски[42 - Mal (фр.) – зло, вред, горе, беда.]… Хотя это, наверное, уже перебор, поскольку меня действительно так зовут.