Вокруг света с десятью су в кармане

– Итак, – сказала Илоэ, – этот молодой человек тебе не брат и не жених, как мы предполагали… и ты повсюду следуешь за ним!

– С моим отцом, – заметила Оретт, краснея.

– Но ты очень интересуешься им… Не жених ли он твой?

– Нет, нет…

– Но ведь ты расположена к нему?

– Я!..

– Да, это видно по твоему волнению, по твоему смущению, когда ты говоришь об опасностях, которым он подвергался и подвергается еще теперь.

– У него благородное сердце, и он мой друг, вот и все.

– А! – ответила индианка, бросая на свою спутницу взгляд, по-видимому, смутивший ее.

Затем обе женщины замолкли. Индейцы говорят мало. Мисс Оретт задумалась, спрашивая себя, не права ли была наивная Илоэ.

Во всяком случае, если она и привязалась к своему спутнику, чувство это было еще совершенно бессознательно. Ее возмущала мысль, что ее расположение к Лавареду могло вызвать дурные предположения.

В эту минуту Рамон нагнулся к какому-то растению и сорвал его: затем передал его жене, которая все бережно спрятала.

Лаваред спросил, что это значит.

– Это гуако, – отвечал индеец, – растение, излечивающее от укуса коралловой змеи.

– Это хорошенькая змейка, похожая на женский браслет?

– Да, она в самом деле хороша, эта змейка красного цвета, с золотыми и бархатными кольцами, и действительно мала, так как длина ее не превышает двадцати – двадцати пяти сантиметров, но ее укус причиняет мгновенную смерть.

– Брр… – сказал Арман. – И ты можешь предохранить нас от этого?

– Да, при помощи этого растения.

Создатель, посылающий опасности, дает и средство спастись от них.

– Это верно.

Сэр Мирлитон, слушавший молча, начал осторожно ходить, смотря на землю.

– Что ты делаешь? – спросил, улыбаясь, индеец.

– Смотрю, нет ли маленьких змей.

– Вот что! Тогда не гляди под ноги… Надо смотреть вверх.

– Как так? – воскликнул он.

– Да, эти змеи обвивают концы веток и свешиваются до земли. Ты легко можешь принять их за цветы.

Проверить эти слова на опыте было легко.

По дороге был лес: там росли conocaste – род красного дерева низшего сорта, madera-negra, называемая матерью какао, потому что под ее тенью растет какао, часто попадалось дерево chapulastapa – коричневое дерево, считающееся самым красивым в этой стране. На конце ветки, под которой проезжала карета, вдруг задвигалась красная точка. Рамон взял гибкую палочку и одним ударом сшиб змею, разрубленную пополам. При этом распространился сильный запах дикого миндаля.