Черная сирень

– Что с ним?!

– Галя, заткнись! Прости, но лучше помолчи пока…

Макс осторожно выглянул из-за угла на улицу.

– Сейчас, переждем, ты стой только и молчи… – повернувшись к ней, задыхающимся голосом приказал Разуваев.

Выждав с полминуты, он грубо схватил ее за рукав пальто, и они со всех ног полетели оттуда прочь.

Не чуя ног, они добежали до дороги.

Ее такси, вероятно, давно уехало.

Дышать было нечем, и, насквозь мокрые от пота, они перешли на быстрый шаг. В надежде как можно скорее поймать попутку, оба принялись отчаянно размахивать руками навстречу несущимся огонькам машин.

* * *

– Макс, не спорь со мной, это – статья!

Галина, бледная, белесая, с утра даже толком не причесавшаяся, помешивала ложкой кофе, который всегда пила без молока и без сахара.

– Да чего ты несешь-то?! За что?

– Непредумышленное убийство. Статья 109 УК РФ. И не смотри так на меня! – вспылила Галина, позволив себе повысить голос гораздо сильнее, чем это допускали приличия. Они с Разуваевым сидели в запредельно дорогой кофейне на крыше модного торгового центра, того самого, где несколько лет назад она случайно встретила Макса.

– Ну уж нет, дорогая… В худшем случае – неоказание помощи.

Разуваев был жалок.

Обглоданный жизнью повеса, который все еще пытался корчить из себя бог весть что.

Господи, где же были позавчера ее глаза!

В сумочке мобильный издал привычное «ку-ку».

Галина схватилась за телефон.

Все правильно. Соломон Аркадьевич напоминал о встрече в клубе через час.

Сегодня ей необходимо было заявить свою твердую позицию: вне зависимости от нынешнего отношения руководства к Родиону она намерена остаться в клубе и продолжать работать.

За таких уродов…

Она снова посмотрела на Макса.

У него было что-то вроде нервного тика: все эти двадцать минут, в течение которых они пытались обсудить случившееся, он практически беспрерывно постукивал костяшками пальцев правой руки по столу. Похоже, и в школьные годы у него что-то такое наблюдалось, просто она никогда не обращала внимания.

Сейчас она видела Разуваева так, словно на него направили операционный светильник: не первой молодости неудачник, инфантил и гордец, который, вместо того чтобы когда-то благодаря оставшимся от отца связям начать строить карьеру, просто присосался к какой-то конторе. Логист! Зато с десяти до шести, и на бабенок недорогих хватает…

Все. Пришла пора распрощаться с Максом и бежать на работу.