Собачий рай

За годы службы подобные мнения обывателей: раз мент, значит, лично кого-то посадил! – осточертели настолько, что, слыша такое, ей сразу хотелось нахамить.

– Ну, я же не знаю, как там у вас все устроено, – спохватилась, почувствовав ее раздражение, Лариса. – Только вот недобрый он был, словно жил без души.

– А Марта?

– А Марта – огонь! Ладная, шустрая, всегда всем улыбалась, хоть и не шла ни с кем на сближение. Она была, – пытаясь поймать нужное слово, сложила большой и указательный пальцы Лариса, – по природе своей аристократкой – великодушной, что ли… как будто порхала над обстоятельствами.

Слуга у них был, армянин, старый Ваник, носатый, сутулый. Вот с ним я, бывало, перебрасывалась парой слов. А потом, как Марта умерла, Поляков его куда-то выселил. Но он все равно весь этот месяц приходил, помогал по хозяйству. «Под небом голубым есть город золотой…»

– Ладно, – затушила о землю попусту истлевший окурок Самоварова, – пора нам с Жорой домой.

Встав с лавочки, она потрепала по плечу вновь впавшую в ступор Ларису:

– Проводишь в дом?

* * *

Мобильный, лежавший, в отсутствие прикроватной тумбочки, на лиственном полу рядом с кроватью, разлился настырным звоном и разбудил Варвару Сергеевну.

Номер звонившего не определился.

На часах была уже половина девятого утра.

Жора, к счастью, оказавшийся таким же соней, как и она, сопел на своей раскладушке в паре метров от нее – накануне он наотрез отказался спать в соседней комнате один.

Поглядев на безмятежно развалившегося во сне мальчика: одна нога закинута на другую, руки под пухлой щечкой, тонкое синтетическое одеяло сбито и свесилось на пол, – Самоварова, прижав мобильный к груди, выскочила в коридор.

– Алло!

Она ожидала услышать голос Регины.

– Варвара Сергеевна Самоварова? – прозвучал низковатый, слишком уверенный и оттого неприятный женский голос на другом конце связи.

– А кто это? – перетаптываясь босыми ногами на остывших за ночь плитках террасы, нелюбезно ответила она вопросом на вопрос.

– Меня зовут Надежда Романовна Полякова. Мои родители – ваши соседи по садовому товариществу «Дубки». Точнее, – низкий голос стал еще ниже, – были соседями. Мы могли бы сегодня встретиться?

– Телефон мой что… опера слили?

– Разве это сейчас важно? – резко оборвала ее говорившая. – Если вы сегодня на даче, думаю, вам несложно уделить мне час.