Жидкий Талмуд – 25 листков клёна

(сообщества глупцов), – ни цитатор-проповедник-обетник, ни всевкуситель, не сравнится с прошедшей Единение. Она отключается от привычного – от категорий слов. Шепот вьётся соком с губ кремовых – значит иное, сплетается слушающим, словами.

Разбить голову о сейчас,

Преходящее и непостижимое,

Сладостное и кроткое, -

Оставить в том кусочек сердца.

Вечность, оставь меня

Щеночком, учеником, -

Выгуливать не придётся -

Оставь – и всё на том.

Леса – дом деревьям.

Горы – дом Ветру.

Озеро – дом Венеры.

Вечность – дом мне.

Остаться в сейчас – где пары сущего

Свитают из льна, свитают облака, -

Остаться – на Плато Безмятежности, -

Вспорхнуть на парах грядущего.

Сейчас – погреби меня

Вне мира, где хороши

Те, у кого есть, – а

Злодей – неимущий.

Интересно – придёт ли время всепроцветания, – или человек останется собою, – скорбела Она, а нож являл ту в мерцании рубинов.

*

Глава Пятнадцатая

Сэнсей отпаивал меня травами, саке, матэ и прочим, – о чём не мечтал прежде – от чего невыносимо ныне. Dream – в ассорти значений – захватывает на больше и дольше, – и глаза размыкаются реже и реже. Кто-то принёс шоколад, – Сэнсей сказал, Кот.

Кот был давним знакомым – вселял на домик зеркальный (чтоб никто не рассмотрел) в Космическом Лесу, у Плато Безмятежности по обе стороны от Реки Времени, – за каплю фиолетовую, застывшую.

Сэнсей не запрещал выглядывать в окно – но мне казалось, главное вершение Вселенной сосредоточилось на кончиках моих пальцев, – словами иными, Вселенная задала процессу моему – увядающему – приоритет реального времени, – и Время растворилось за критериями иллюзорного. Шоколад – вкуснейший из пробованных мною – в три коробки, и на каждой – по коду: 911 – молочный с миндалём; 221 – молочный с карамелью; 303 – горький с ликёром.

Иногда – чудесно жить в одном мироощущении: ощущении новорожденного, ощущении дотронувшегося небес, ощущении всеблагодарности или ином, – в нас живёт столько личностей, сколько ощущениечувствоощущений: каждый принимает необъяснимое по-своему и носитель не в ответе за то, – наблюдение, стоившее мне многого, дойдёт до очевидности ни менее чем за тысячелетие.