Опасное влечение

– Не сочиняй! – Янка немного подумала. – Ну и какая же у него служебная машина?

– Чёрный «Ленд-Крузер». Огромный, с салоном из кремовой кожи!

– Ну-ну, – хмыкнула язва. – Подумаешь! Это всё ерунда. Да, конечно, ты в восторге… Наверное, впервые прокатилась на дорогой машине. Но контракт Артемьев так и не подписал!

Последняя фраза прозвучала торжествующе. Я отвернулась к компьютеру, дав понять, что не желаю продолжать перепалку.

Хотя ночью я старалась удержаться от рыданий в подушку, но… Сотрудники «Ракеты» сразу заметили, что веки у меня припухшие, глаза красные, вид несчастный.

Слава богу, объяснение было наготове. Совершенно честно рассказала о том, как перетряслась из-за Бонни. Мою крошку все знали, кое-кто встречал её на прогулке – ведь я жила в двух шагах от офиса, а на заставке в компьютере у меня висела Боннина рыжая мордаха.

Все стали расспрашивать о визите в ветклинику, о прогнозе, а я отвечала на вопросы. О контракте все сразу забыли.

Вот и славно.

Я твёрдо решила найти пятьдесят тысяч рублей и организовать моей старушке лечение.

Придётся взять кредит. Мне очень понравилась врач в клинике. Если от одного укола Бонни так оживилась, после целого курса она вообще летать начнёт…

Со страхом я ждала появления Жанны. Директриса полдня отсутствовала. Наши сплетницы поделились инфой, что у неё семейные проблемы, назревает развод. Начальница пришла только после обеда, и действительно выглядела неважно – осунувшееся лицо, плотно сжатый рот.

Но сейчас я не могла ей посочувствовать, потому что взглянула на неё другими глазами. Жанна меня продала, как рабыню, обменяла на выгодный контракт.

Интересно, что ей сказал Артемьев? Позвонил ли ей после моего визита? А если он поимел не только меня, но и её тоже – в переносном смысле? Сказал: твоя девка меня не удовлетворила, так что наш уговор отменяется.

Я искренне хотела, чтоб именно так и получилось! Пусть он её кинет. Не хочу становиться разменной монетой в махинациях богачей.

Хотя… я ведь уже ею стала.

– Даша, зайди ко мне, – крикнула Жанна из кабинета.

Изо всех сил стараясь не выдать дикого волнения, я оторвалась от монитора и медленно встала. Яна, сидевшая неподалёку, ядовито ухмыльнулась – топай, топай, расскажи директрисе, какая ты неудачница, договор-то не принесла!

Мне было страшно смотреть в лицо Жанны Юрьевны. Боялась увидеть в её глазах отголоски совершённого в отношении меня преступления.