Опасное обещание

Было ясно, что она по-прежнему к нему неравнодушна. – У тебя какое-то предложение? Что-то намечается? Мы пойдём куда-нибудь?

– Слава, ты прости, но планы резко изменились, – мотнул головой Арбатов. – Срочное совещание с Москвой, отменить не могу, и это надолго. Неловко получилось, сорвал тебя с места. Ты уж извини.

Каждое слово босс произносил будто через силу, голос звучал глухо.

– Надо же… – расстроилась девушка. Наверное, она уже поняла, что её новый образ мужчине не понравился. – Значит, сегодня ничего не получится?

– Нет, никак.

– Спасибо, Ром.

Арбатов прошёл к вешалке, снял чёрную, с металлическими клёпками, косуху и помог Славе одеться. Выпроводил в коридор, даже поинтересовался здоровьем родителей и как идёт бизнес.

Я смотрела на директора с сочувствием. Какой шок он испытал! Наверное, будет долго находиться под впечатлением от встречи с Мирославой.

– Блин… – произнёс шеф, вернувшись обратно.

– А я-то тут причём? Не надо обобщать! У меня пирсинга нет, татушек – тоже!

– Точно? – прищурился директор.

– Точно!

Арбатов ещё минуту возмущённо раздувал ноздри и сжимал кулаки. Как взбесился!

Потом он стремительно двинулся к моему столу и схватил меня за предплечье:

– Идём. Нужно срочно что-то придумать.

Выдернул, как морковку из грядки.

– Да что вы меня тащите, я сама пойду! – Попыталась сбросить стальную клешню, но ничего не получилось.

– Нет, слов, это ж надо… – прошипел босс, увлекая за собой в кабинет.

– Не дёргайте вы меня! Синяки ведь останутся, – окончательно разозлилась я.

Арбатов вдруг опомнился и наконец отцепился.

– Чудесно! Со Славой вы вежливы, ни слова упрёка. А помощницу можно и ругать, и дёргать. Меня не жалко! – Я возмущённо потёрла предплечье. – Вы силу-то рассчитывайте свою, блин, немеряную!

– Прости, Дина… Не хотел причинить тебе боль.

– Я вижу.

– Виноват, прости.

– Ладно… Что с вами сделаешь.

В кабинете мы уселись на диван и некоторое время сосредоточенно молчали, успокаиваясь.

Из окна лился солнечный свет, на тёмных волосах шефа прыгали золотые зайчики, а его карие глаза приобрели ореховый оттенок. От Романа Леонидовича, как обычно, приятно пахло. Даже не просто приятно, а умопомрачительно.