Приграничные земли

Туда никто из стражей все равно не сунется. Несмотря на то что с детства Марк слышал десятки страшных сказок про существ, обитающих на просторах Великого Леса, за всю его жизнь в Салонии ни одного живого монстра никто так и не видел. Поэтому, предположив, что реальные враги намного хуже врагов вымышленных, он уверенно приближался к темнеющей кромке Леса.

Бег по мокрой утренней траве давал ощущение неповторимого детского счастья. Каждый раз, касаясь земли и отрываясь вновь, он чувствовал, как тело наполняется таким непривычным ощущением свободы.

Утренний воздух врывался в легкие как глоток крепкого алкоголя, обжигая губы и немного пьяня.

Резкий удар сбоку в секунду выбил из его груди весь сладкий аромат рассвета. Пролетев несколько метров, он кубарем скатился с тропы.

Последовавший за этим толчок оторвал тело юноши от земли и заставил преодолеть несколько метров назад в сторону едва видневшейся городской стены. Мозг лихорадочно работал, но не успевал придумать хоть какой-то выход из ситуации.

Раздирающий плоть укус лишил его большей части куртки и оголил спину. Марк почувствовал холод, как от соприкосновения с металлическим клинком. Второй, третий – укусы наносились с беспощадной яростью. Запах теплой крови, смешанный с запахом луговой травы, разносился далеко от места бойни.

Человеческая память странная штука. В минуты, когда мы совершенно не рассчитываем на ее снисхождение, она удивляет нас сладостными моментами прошлого, которые мы отчаялись пережить вновь. В секунды, когда дикие гармы раздирали его молодое тело, Марк намного отчетливее, чем когда-либо, увидел мать.

Ее соломенные волосы, теплые, как древесная кора, огромные глаза, мягкий обволакивающий голос. Он не мог вспомнить этот голос, наверное, лет с шести, а сейчас каждое произнесенное ею слово слышалось отчетливее, чем окружавшие его звуки.

«Мой милый особенный мальчик, я знаю, что подведу тебя. Когда-нибудь наступит время – и меня не окажется рядом, чтобы спасти тебя. Но ты должен знать, что не один.

Когда мрак сгустится над твоим сердцем, семья найдет тебя вновь».

Слышать ее голос, ощущать ласковые руки на своем лице – все это было как в сказке. Для Марка больше не существовало этого мира, он потерял себя в воспоминаниях о той, кого любил больше всего. Он тянулся к ним сильнее, цепляясь за последние крупицы оставшихся в нем жизненных сил, теряя себя в магии и в том свете, что она ему дарила. Над предрассветным городом зажглась звезда.