Алаказам, Питер!

Однако способность удивляться за последние два дня у неё притупилась. Она вошла в комнату и быстро закрыла дверь. Заметив, что в внутри было прохладно, она глянула на приоткрытое окно. Скорее всего, Гена пришёл именно оттуда.

Подойдя к неведомому существу, Аля строго произнесла:

– Вальтер не велел давать вам сладкое.

Услышав отказ, Гена приземлился на крышку пианино, опустил голову и начал печально шмыгать носом:

– Вот так всегда. За окном стужа и непогода, а бедному ангелочку даже не нальют горячего чайку с печенькой, – он приложил одну руку к груди, будто собирался декламировать стихи и изрёк:

– Гнилая хмарь.

Осенняя погода.

Везде капканы луж – куда ни плюнь.

И через эту воду ищет броду

Нахмуренный, рассерженный июнь.[1 - Стихотворение Льва Друскина «Гнилая хмарь. Осенняя погода…»]

– Ну, так сейчас ноябрь, – осторожно заметила Аля.

– Вот именно, – вздохнул ещё горше Гена и гулко высморкался в свой шарф.

У Али сжалось сердце, она не могла больше этого выносить, поэтому, протянув ему свою кружку, сказала:

– Выпейте кофейку, я сейчас достану конфеты.

И Аля полезла в пианино. Пусть Вальтер её заругает, но смотреть на страдания крылатого старичка она не могла. При виде сладостей на лице ангела появилось некое подобие улыбки, складочки под глазами чуть поползли вверх, а медные щёчки залились золотым румянцем. Он часто захлопал крыльями и приземлился со своей добычей на незаправленную кровать.

– А я вас знаю, – догадалась Аля, наблюдавшая за тем, как Гена уплетает конфеты одну за другой, – вы обычно сидите на скамейке в Измайловском саду.

– Угу, – только и смог изречь ангел, набивший рот до отказа печеньем.

– А вас там не хватятся?

– Может, и хватятся, – равнодушно ответил Гена, – потом будут писать в Гугл отзывах, что никакого ангела в Измайловском нет, а им будут отвечать, что они-де, дурачьё, искать не умеют, хе-хе, – его смешок был довольно милым, но не без примеси ехидства.

– Так мы с вами сегодня пойдём на Никольское кладбище?

Ангел вытаращил глаза на Алю и так и застыл с печеньем во рту:

– Какое ещё Никольское кладбище? – подозрительно спросил он.

 – К Прокопию? К Прокопию я больше не пойду. – Гена набил карманы остатками вкусняшек и нарочито засобирался. – У меня сегодня вечером собрание в обществе крылатых существ Петербурга, обсуждаем основы безопасного поведения летокрылых в Пулково, так что разрешите откланяться.