Здравствуйте, я ваш папа!

И даже твоего друга Вадика из детского садика.

Да, больших проблем в жизни ребенка и не бывает. Злата задумывается и сжимает игрушку в своей руке.

– Ну, пошли, – отвечает она. – Но мы с Вадиком поссорились. Я теперь с Никитой длужу.

– Злат, не сейчас. Нас домой дядя отправит, – говорю ей.

– Холосо, давай иглать. Я злой и стлафный длакон, – полурычит дочка, нападая на мою куклу. – Я тебя заберу к себе.

– Ох, не ешь меня, дракон, – улыбаюсь я, радуясь, что хоть дочка воспринимает все спокойно.

– Мам, длаконы не едят людей, – укоризненно говорит Злата.

 – Он возьмет плинцессу в жены.

– Как скажешь, – говорю я довольно.

Мы веселимся и играем так, будто ничего не произошло, будто мы все еще дома.

Ближе к ночи мы уже утомились и легли спать в одном шатре. Я обнимаю своего ребенка, прижимая к себе. Моя маленькая девочка, мое счастье родное.

– Мам, а ты выйдешь замуж за этого дядю? – спрашивает дочь.

– С какой это стати? – удивляюсь я ее вопросу, а сама дико краснею.

Она поворачивается ко мне и заговорщицки шепчет:

– Он не хотел, чтобы кто-то слышал, но я услышала.

Он стоял над тобой и говолил «только бы ты не умел-ла», – она прикладывает указательный пальчик к моим губам. – Я слышала. Не говоли ему, мам, хорошо? Ты – его принцесса.

Глава 12

Вот только когда проснулась, поняла, что не могу сдвинуться, а мое тело покрыто тонкой корочкой льда.

Я пытаюсь шевельнуться, но ничего не получается. Меня будто намертво приклеило. Еще и холод собачий вновь пробирался внутрь, как в снежной пустыне.

– Мама, – рядом Злата что-то лепечет. – Мама, вставай.

Чувствую, как она пытается меня поднять, но не получается.

– Злата, – шепчу я, чувствуя тяжесть в груди.

Ох, еще и поза такая неудобная: я на животе, слегка повернута, попа кверху. Стыдно так лежать, но поменять позу не могу. И, как назло, даже голова будто пригвождена к кровати.

– Позови кого-нибудь, – прошу дочь, которая так и не отходит от меня.

– Мама, – ощущаю, как детские пальчики касаются моего лица.

Что ж это за иней такой на мне?

– Помогите! – визжит дочка, у меня аж уши закладывает.

И тишина. Никто не спешит меня спасать.

– Ох, ё, – слышится мужской голос, когда открывается полог.

Я вижу лишь его кривые ноги в сапогах, черные штаны, кусок кольчуги.

Хорошо, что не повелитель.

Мужчина приближается ко мне, а затем резко уезжает вперед, будто поскользнулся на ковре. Отборно ругается, а я жалею, что не могу заткнуть уши Злате.