И только море запомнит

Кеннет не дергается, не ведет бровью, хотя на короткое мгновение гаденькая ухмылка гаснет. Еще немного, и ирландка не стерпит, вцепится в горло лорду Ост-Индской торговой компании голыми руками. Желание придушить идеально прилизанного Бентлея становится настолько же огромным, как эго лорда.

Моргана стоит под наведенными мушкетами очень спокойно для человека, которому есть что терять. Она великолепно балансирует на кончике бритвенно-острого лезвия. Кеннет щелкает пальцами:

– Ах да, Айртон, верно? Мистер Мердок.

Офицер выходит вперед, протягивая лорду небольшой лист, который он так бережно берет в руки, зачитывая вслух:

– Эдвард Айртон. Награда пятьсот фунтов. Живым или мертвым. Желаете получить?

Ему еще хватает наглости так обращаться к ней. Словно человеческая жизнь ничего не стоит. Будто это всего лишь рядовое происшествие. Если бы у Бентлея были с собой деньги, Моргана уверена, он бы бросил ей их под ноги, чтобы выразить все пренебрежение. О’Райли сверлит его взглядом убийцы – человека беспринципного и жестокого.

– Вы думаете, что со мной можно играть? Закройте свою гнилую пасть, Кеннет. Или я, клянусь богом…

Кеннет стоит неподвижно, продолжая держать лист бумаги перед девушкой. Капитан выхватывает его и отшвыривает в сторону, смяв в крошечный комочек.

– Пять ударов плетью за самодеятельность и неподчинение, – коротко, будто шипя, произносит Бентлей. – За вашу помощь в поимке преступника… можете выбрать, кто нанесет удар, а кто будет держать.

– Во столько вы оценили людскую жизнь? В пять ударов плетей? – рявкает Моргана, заставляя людей Кеннета дрогнуть от такой зычности голоса. – Никто на моем корабле не смеет меня бить, а уж тем более плетью. Не зазнавайтесь, Кеннет. Могут быть последствия.

О’Райли сжимает кулаки.

– Как и после ваших деяний. Не вынуждайте меня самостоятельно идти на поиск. У вас час, – Бентлей будто отряхивает руки, словно те запачкались от изображения пирата, которое тот держал.

Он направляется прочь, но фраза в спину останавливает:

– Ты, Кеннет.

Бентлей разворачивается, окидывая взглядом своих людей. Моргана знает, что лорд не позволит ей заставить солдат усомниться в нем. О’Райли смотрит на него, как на врага. Впрочем, он и есть враг, с которым пришлось временно объединиться.

– А вы двое, – она указывает пальцем на некрасивого мужчину с лейтенантскими погонами и на того, кого Кеннет назвал Мердоком, – шаг вперед.

Короткий кивок Колману.