Изгой. Истерзанные крылья

Будто тщательно сдерживаемые чувства прорвали плотину, и теперь погрузили меня в тот омут, утопая в котором, я не могла вынырнуть на поверхность, чтобы сделать хоть глоток спасительного кислорода. Или не хотела его делать?

Свой порыв, когда я прижалась к Киарану, я не могла объяснить даже себе. Почему я так доверяла ему? Почему впервые за долгое время я чувствовала себя настолько в безопасности, когда он был рядом? И почему призналась ему в этом?

Вздохнув, я промокнула полотенцем лицо и попыталась успокоить отчаянно колотившееся сердце.

Преддверие чего-то неминуемого и пугающего витало в воздухе, словно надвигающаяся гроза. Ты можешь увидеть зарницы на небе от молний, сначала далеко, потом всё ближе, но понимаешь, что не в силах ничего сделать с наползающей из-за горизонта стихией.

Разговор об Эсмеральде тоже не шёл у меня из головы. Может быть, все те полутона и намёки, лишь почудились мне? Почему же тогда в голосе Киарана так отчётливо слышалось желание, чтобы я поняла то, что он хочет мне сказать? И о какой клятве шла речь?

Приложив руку ко лбу, я едва не застонала, но сдержалась, вспомнив, что в ванной мне лучше никаких звуков не издавать, во избежание Киарана, который тут же показывался на пороге.

Сколько вопросов! Они уже, казалось, превратились в сплошное пятно, и вычленить из него тот единственный, который был главным, я не могла. Потому тревога лишь усиливалась, а жажда вытребовать у несносного айранита хоть крупицы разъяснений, множилась в геометрической прогрессии.

Я вышла из ванной, которая уже стала своего рода укрытием, где я пряталась каждый раз, когда понимала, что не могу оставаться и дольше наедине с Киараном, и отправилась на кухню. Поставила чайник, вытащила из холодильника овощи… Всё снова так, будто я готовлю что-то для семейного ужина. Идеальный самообман.

Неожиданно разозлившись, я принялась резать овощи, и остановилась только когда нож полоснул по пальцу, из которого тут же брызнула кровь.

– Чёрт! – выругалась сквозь крепко стиснутые зубы, набрасываясь на несчастный баклажан с утроенной силой, будто хотела выместить на нём всю свою невесть откуда взявшуюся злость.

– Отдай мне нож, – мягко попросил Киаран, оказываясь рядом. Появился словно из ниоткуда, бесшумно и молниеносно. Сверх-существо, с которым мне никогда не сравниться.

– Нет. Я готовлю.

– Эстель… отдай мне нож.

Его пальцы с нажимом, но осторожно обхватили моё запястье, и я рассердилась ещё сильнее.