В объятиях деспота

И где найти силы, чтобы изобразить любовь? Или хотя бы страсть или желание?

Сердце колотилось и билось будто птица в клетке. Руки и ноги слабели от одной мысли…

Никто не мог сравниться с Дереком. А теперь я будто предавала его. Впервые за семь долгих беспросветных лет! Не было ни дня, чтобы я не вспоминала о нём.

Слёзы вновь навернулись на глаза. Тихо заплакав, упала на кровать, пряча лицо в жёстком и грубо покрывале. Щёки нещадно жгло.

Я должна была умереть ещё тогда, вместе с Дереком. Я должна была пойти на Утес вместе с ним! Или набраться смелости и согласиться на предложение Марлы.

Отказаться от памяти, от любви, от всего…

Округлый медальон у меня на шее, нагревшись от моего тела, вдруг стал нестерпимо горячим. Сжав его прохладной ладонью, тут же успокоилась. Если Алеред сдержит своё слово, если всё будет так, как мы задумали! То я уйду к Дереку. Я готова идти к Утесу Скорби пешком от самого Фареса. И буду рада, если в конце пути упаду замертво.

Нехотя села и провела рукой по лицу, утирая остатки слёз.

Поправила волосы и постаралась улыбнуться: заплаканным и опухшим лицом не очаруешь мужчину. А мне нужно, чтобы мессир Амет захотел меня.

Поправила платье. В панике прошлась пальцами по складкам ткани, боясь, что выронила короткое письмо. Но нет, оно плотно прощупывалось на своём месте.

Догорающая свеча вдруг как-то ярко осветила комнату. Я бросила взгляд на кольцо на правой руке. Тяжелое, с крупным камнем. Там, в небольшом углублении было несколько капель зелья, способного поставить в моей жизни окончательную точку.

Словно тень самой себя, подошла к двери, открыла её и, наткнувшись взглядом на свою же охрану, твёрдо произнесла:

– Мне нужно к мессиру Амету.

***

Сколько раз я заходила в эту спальню с тяжёлым сердцем? Сколько раз переживала боль и унижение? Мне до сих пор виделась в кошмарах высокая долговязая фигура Моргвата. Он напоминал мне стервятника. Сутулые плечи, тонкие, жидкие волосы чёрного цвета и хищный нос, будто клюв. И стоило мужчине коснуться меня…

Как бы я ни хотела, но этого не забыть.

Никогда. Как и той боли, что он мне причинил.

Комната встретила меня мягким светом и приятным запахом. Всё было не так. Я ожидала вовсе не этого!

Мягкие шкуры на полу, множество свечей и кровать, на которую я без дрожи не могла смотреть, теперь напоминала лежбище зверя. Покрывала и простыни, скомканные, лежащие странным беспорядком.

Я покраснела, мельком взглянула на стражу: лица мужчин ничего не выражали.