В постели с монстром

Концерт продолжался ровно до тех пор, пока машина не въехала на территорию его дома, и пока они не вошли в холл. Герман держал мелкую на руках, неловко её укачивая. Что делать, чтобы она успокоилась, он не знал. Зато Ира выглядела ещё более весёлой, чем то было до этого момента, даря Ильинскому ощущение, что сестру всё это весьма забавляет.

– Нино, идите сюда. Познакомьтесь с Алиной, – окликнула она няню, которая застыла на лестнице, будто размышляла, остаться ли ей или быстро сбежать, пока ещё на это имеется шанс.

Герман не мог понять, почему она… боится. А он видел именно эту эмоцию, написанную на красивом лице. Снова в памяти возникла обрывочная картинка с участием Нино, весьма, надо сказать, приятная, но он поторопился прогнать её.

Когда няня всё же решилась и подошла к ним, Герман попытался улыбнуться, хотя прекрасно понимал, что это способно скорее напугать, чем подбодрить. И, неловко передав Нино Алину, которую она тут же прижала к себе, кашлянул.

Когда их пальцы соприкоснулись, он почувствовал, какие они у Нино ледяные. Наверное, виной всему была весьма нестандартная ситуация, в которой она оказалась. Папаша-урод, ребёнок, который весит чуть больше пары килограммов. Ира, улыбающаяся во все тридцать два. Да тут бы любая на её месте разнервничалась.

– Давай отнесём её в детскую. Пусть посмотрим, где будет жить, – мягко обратился он к Нино и, взяв её под локоть, повёл к лестнице, чувствуя себя при этом одновременно неловко и удивительно цельно.

Следующие дни летели один за другим. Алина вела себя прекрасно – ночами почти не просыпалась, а дни проводила в основном с Германом. Напрасно он думал, что ему достаточно будет просто знать, что с ней всё в порядке, когда она окажется рядом. Только получив возможность быть с дочерью почти постоянно, он понял, что привязывается к ней всё крепче с каждым часом. И с ужасом представлял, что было бы, если бы Руслан не подсказал ему продлить время гостевого режима.

Новогоднюю ночь решено было отмечать втроём. Несмотря на Иру, которая очень активно намекала на то, что неплохо было бы собраться всей семьёй, Герман был непреклонен. Ему совершенно не желалось шумной компании, достаточно было и того, что Алина с Нино будут с ним. С последней у него установились весьма странные отношения, а может, таковыми они казались только ему.