Нефертити – красота грядёт

Окружи себя людьми, которые пойдут за тобой по велению сердца, а не из страха потерять голову. Одари их любовью, приласкай их, дай им то, чего они раньше не имели, о чём даже и не мечтали. И они встанут подле тебя крепкой и грозной стеной единоверцев и пойдут за тобой, куда ты им прикажешь, творя вместе с тобой новый мир, новый город и новые храмы. А храмы старых богов зачахнут сами собой, когда люди перестанут идти и нести туда жертвоприношения. Верь! Искренне уверуй сам, и тогда люди пойдут за тобой!

– Любимая! С тобой я могу свернуть горы, а без тебя мне нет жизни в этом мире, – сказал фараон, беря руку возлюбленной жены и поднося её к губам ладошкой вверх.

 – Если Осирис призовёт тебя, как дочку, то я уйду вслед за тобой. У меня не будет сил ни жить, ни править, – продолжал он, целуя уже другую ладошку. – Я не хочу просыпаться без тебя, засыпать и не надеяться на пробуждение рядом с тобой. И не имеет смысла борьба, если тебя не будет рядом.

Он опустил её руки, их взгляды встретились, а в них лишь печаль и вселенская скорбь.

Скорбь по утраченному ребёнку.

– Возьми золота сколько потребуется. Пусть лучшие скульпторы и резчики по камню построят усыпальницу достойную дочери царя, – произнёс фараон. – И я надеюсь, что ты, чарующая мой взор, подаришь мне сына!

У Нефертити сжалось сердце. А если предсказания гадалки сбудутся, и она опять носит под сердцем девочку? Что тогда? Будет ли его любовь также сильна? Не прогонит ли он её из дома, как провинившегося пса?

Нефертити склонила голову и поцеловала руку фараона.

Она оставила его слова без ответа, втайне всё же надеясь – подарить ему сына.

Фивы. Утро следующего дня…

Нефертити проснулась ещё до зари. Предчувствие великих перемен и желание изменить свою судьбу вселяли в неё колоссальные силы и безудержную энергию.

Бенремут удивлялась:

– Ты стремительна сегодня, как песчаная буря.

– Да, да… Я должна поспеть всюду… Сейчас на западный берег в Долину цариц…

– Зачем?

– Хочу сама выбрать подходящее место для усыпальницы.

[47 - В Долине цариц были усыпальницы жён и детей фараона.] Она должна быть светлой и выходящей своими вратами на восток, где первые лучики солнца заглядывали бы к доченьке, согревая и пробуждая её невинную душу.

– Если хочешь, я поеду с тобой.

Нефертити удивлённо посмотрела на сестру, а та добавила:

– Буду управлять колесницей.

– Нет. Собери лучше мастеров к моему возвращению.