В лабиринтах вечности

– Возвращаемся? – с затаенным желанием как можно быстрей убраться подальше от пещеры, прошептал Сергей.

– Возвращаемся! – согласился Хамид, но тут же поспешил добавить, – А…, а завтра обязательно вернёмся! Ты готов приоткрыть занавес вечности и быть первым, кому она раскроет свои тайны?

Сергея от его слов почему-то бросило в озноб. Зачем мне твоя вечность? Мне бы домой успеть, подумал он, но слукавил и постарался так же весело, ответить:

– Да! Да! Конечно! Будет интересно! (Прозвучало вымученно, натянуто, неубедительно, правда, Хамид этого не заметил.

)

– А вот теперь скажи. Все тайны Египта открыты?! И уже нечего искать на этой земле?!

Сергей не нашёлся, что сказать, и только развёл руками. Хамид принял его жест, как капитуляцию и, довольный собой и тем, что доказал-таки свою правоту, примирительно похлопал коллегу по плечу.

– Ладно, дружище, идём.

Спуск оказался ещё более сложным. Пока спускались, солнце ушло за линию горизонта, и египетская ночь мгновенно накрыла землю.

Возвращались в кромешной тьме.

Хамид затянул унылую песню.

Сергей же думал о том, что Хамид и в самом деле прав.

Там за плотиной, в толщах воды, погибли великие тайны, те, что уже никогда не откроются людям. Но он так же был убеждён – плотина необходима тем, кто сегодня живёт на этой земле. А тогда как найти компромисс? Компромисс между сегодняшним днём с его потребностями и днём вчерашним с сокровищами и тайнами древних цивилизаций?

А, возможно, в этой пещере, завтра, они найдут несметные сокровища, подобные тем, что были найдены в гробнице Тутанхамона, или, возможно, они наткнуться на то, что изменит их жизни?… Возможно!

Ослик резво семенил тоненькими ножками, покачивая засыпающего седока…

Глава Третья

Следы атлантов

I

1912 год, Париж, Сорбонна

Зал гудел.

Слышались смешки, едкие выпады, выкрики:

– Фальсификация!

– Подтасовка фактов!

– Всё подстроили!

– Нет доказательств!

– У Вас нет доказательств!

За кафедрой молодой ученый бледнеет на глазах, на лбу испарина, в руках пожелтевшие листы.

Он потрясает ими и пытается, всё еще пытается докричаться до ученого совета и доказать им свою правоту, донести до них свою, именно, свою истину.

– Есть! Есть доказательства и вот они! – парировал Пауль Шлиман. Он неестественно бледен, но настроен решительно, – Это документы моего деда – Генриха Шлимана! Они являются неопровержимыми доказательствами.