Подземелье ведьм

Маленькие дома с цветными ставнями и горящими тёплым мягким светом окна. Запахи, сводящие с ума так, что в желудке начало бурчать. Тихие звуки флейты, доносящиеся откуда-то с другого конца деревни. И люди. Эйрин встала посреди дороги, не обращая внимания на человеческий поток, готовый смыть, снести её, увлекая за собой. Люди. Так много людей. Девушки с парнями, женщины с детьми, мужчины, старики – все они лавиной неслись на неё, не прекращая говорить, смеяться, плакать, требовать и умолять, пахнуть хлебом, мясом, ветром, песком и землёй.

В глазах рябило, звуки становились всё громче и громче, запахи сводили с ума… Эйрин чувствовала, как где-то глубоко внутри неё натянулась тонкая звенящая струна и, натянувшись, задрожала. Задрожала, готовая лопнуть в любой момент. Лопнуть от очередного запаха, звука или случайного прикосновения…

– Эй, красавица!

Прямо перед ней вынырнуло смуглое лицо с глазами цвета травы, которую она не раз топтала сегодня ногами.

– Чужачка, что ли? – спросил парень, но Эйрин уже не слышала его.

Она снова и снова смотрела на губы, которые двигались будто сами по себе. И этого хватило, чтобы весь кошмар пережитого за один день свалился на её плечи. Эйрин попыталась вдохнуть, но её лёгкие обессилили от боли, и девушка закрыла глаза, проваливаясь в спасительную беззвучную темноту.

***

Она слышала еле различимые голоса, сливающиеся в один бесконечный монотонный гул. Хотелось зажать уши, спрятать голову под подушку в таком привычном и спасительном движении, но Эйрин не чувствовала рук.

Ей казалось, что тело, ещё вчера такое сильное и выносливое, превратилось в огромный комок слизи. Без мыслей и конечностей.

– Дав, не стой столбом, помогай.

– Мааам, дай отдохнуть, эта девчонка только кажется лёгкой, а на самом деле…

– Тшшш, видимо, девочке нелегко пришлось. Она же почти не дышала. И бледная какая вон. Пусть поспит. А ты, сына, давай, к А?йрис сбегай за настойками да мазями, я все извела, когда твою голову в порядок приводила.

– Вот так и спасай обиженных, а потом ни сна, ни отдыха, – шутливо пробурчал второй голос.

Туман в голове Эйрин медленно начал рассеиваться. Она попыталась открыть глаза, раздирая слипшиеся ресницы, но затылок пронзила резкая боль, растекающаяся громкой и невыносимой пульсацией по всему телу. Эйрин с тихим стоном снова опустила ресницы и облизала сухим языком пересохшие губы.