Охотник

А ночью ваша власть будет безраздельной. После полуночи вы отправитесь за свежей кровью, а сейчас у нас есть время немного повеселиться.

Дамиан прищёлкнул пальцами, и его свита мигом обернулась людьми. В восторге они поглядывали друг на друга и на свои богатые одежды. Девицы горделиво оправляли пышные кружева, Амалия и Лилиан позвякивали браслетами и нежно оглаживали пальцами рубиновые колье на белоснежных шеях. Марциал так и замер, уставившись в подмёрзшую лужу. Сроду он не носил такого шикарного камзола из тончайшего сукна и таких ослепительно белых шёлковых чулок.

А башмаки с позолоченными пряжками! Право же, они так чудесно сверкают при свете факелов. Невесть откуда прямо посреди открытых могил возникли столы, щедро уставленные снедью. Пробки с шумом вылетали из бутылок, и красное, похожее на кровь, густое вино заливало тяжёлые скатерти из парчи. Добрых два часа нечисть веселилась на своём нечестивом празднике, славя короля Дамиана, восседавшего во главе стола и снисходительно поглядывавшего на свиту. А после и вовсе начался настоящий шабаш.

Мужчины и женщины без всякого стыда предавались плотским утехам, пачкая свои шикарные туалеты в земле. К обнажённому бедру Лилиан прилип пожухлый лист, вино пропитало кружевные манжеты сорочки Дамиана. Но Амалия лишь постанывала от удовольствия, целуя его грудь, и прижималась всё крепче, вцепившись острыми ногтями в спину нависшего над ней короля. Низкая оргия, должно быть, продолжалась бы до рассвета, но Дамиан, бесцеремонно отпихнув разомлевшую девицу, вновь прищёлкнул пальцами.

На поляне тотчас воцарилась тишина.

– Пора, мои дорогие. Поспешим утолить нашу извечную жажду.

Не прошло и пары минут, как над поляной поднялась целая стая летучих мышей и ринулась в деревню.

Часть третья

За несколько дней до мерзкого шабаша на заброшенном кладбище в замке герцога Мишеля дю Рамбаля встречали гостей. Откровенно говоря, встреча вовсе не была ни торжественной, ни пышной. Прислуга с любопытством оглядывала скромный экипаж и двух дам, что робко вошли через парадный вход.

Горничные явно позабавились над давно вышедшими из моды туалетами гостий и отсутствию украшений. Сеньора в летах была довольно полной, и видавшая виды шляпка явно не украшала её широкое румяное лицо с маленькими плутоватыми глазками. Её спутница, напротив, оказалась хорошенькой светловолосой девушкой с гладкой причёской монастырской воспитанницы, облачённая в унылое коричневое платье с узким кружевным воротником.