Расплата

Да, и выбрось наконец свою паршивую куртку, у меня есть кое – что получше, почти новый камзол.

Красавчик с удивлением уставился на хозяина – что это за внезапная щедрость, уж нет ли тут подвоха?

Но Каторжник и в самом деле полез в карман своего залоснившегося камзола и достал пригоршню мелочи. А Деревяшка, повинуясь мимолетному знаку хозяина, нырнул рукой в мешок, набитый ворованной одеждой.

– Мишель, друг мой, подними фонарь повыше, мне что – то неважно видно. – Пробормотал Гастон, незаметно подмигивая старику.

Деревяшка поднял фонарь над головой, чтобы свет падал на лицо Жака, делая вид, что усердно помогает хозяину. Скинув куртку, Красавчик следил за монетками в руках хозяина и, конечно, не заметил, как под вуалью сверкнули глаза горничной. Она так и застыла в восхищении, стараясь не показывать виду. А лакей удовлетворенно хмыкнул и потянулся за новой порцией вина. Жак получил пятнадцать су и поношенный, но крепкий камзол, и с облегчением покинул комнату – мало радости торчать у Гастона Перрена неизвестно зачем, да еще когда на тебя пялятся незнакомцы.

– Ну, думаю, тут и обсуждать нечего, мальчишка хорош, что глазам больно. Я всегда готов предложить знатной особе отличный товар. – Самодовольно заявил Каторжник.

– Хм, дааа, – протянула Элоди, – Паренек очень мил, должно быть, моя госпожа останется довольна. Сколько ему лет?

– Мишель, сколько минуло нашему Красавчику?

Если хорошо помню, то на День Всех Святых ему должно сравняться шестнадцать, господин Перрен.

– Но он выглядит старше и довольно рослый.

– Вот что, Перрен, называя сумму, прибавьте к ней и нашу с Ришаром долю, – бурнула Элоди. – От нас зависит, насколько мы расхвалим парня перед мадам.

– Ха – ха – ха, вот пройдохи! Да Красавчика и хвалить не надо, мадам стоит только увидеть этого смазливого щенка. К тому же он умен и силен, это тоже стоит денег.

Горничная совсем позабыла, что стул стоящий перед ней – грязный, а стол покрыт пятнами жира и пролитого вина, Элоди с размаху плюхнулась рядом с лакеем, опершись локтями на стол, и начала отчаянный торг.

Гости покинули мрачную комнату Каторжника далеко за полночь, Кловис провел их тайным коридором, что вел прямиком к лавке аптекаря. Гастон Перрен остался в комнате с Мишелем Деревяшкой, чтобы послушать мнение старика.

– Отличная сделка, хозяин. Большей суммы, пожалуй, не вытянуть было из этих пройдох и их госпожи.