Нервные люди

На следующий день ровно в девять Рассольников уже стоял у двери с табличкой «Директор Департамента».

С непривычки его немного мутило. В слабых коленях чувствовалась предательская дрожь.

– Ну, с Богом…

Пропустив мимо ушей истошные вопли секретарши, Родион дернул на себя дверную ручку левой рукой, потому как правую ладонь он держал за отворотом пиджака, рядом с сердцем. Его пальцы обжигались об острые края предмета, посредством которого он должен будет сейчас всем доказать, что он – Рассольников – тоже право имеет.

Упырь между тем, блаженно развалившись в кресле с чашечкой утреннего кофе, раскладывал пасьянс «Косынка» и мурлыкал что-то под нос из «Шербургских зонтиков».

– Вы ко мне? Я вас вроде не вызывал, – ошарашенно вскинул он брови, узрев у себя в кабинете постороннее и к тому же совершенно не влиятельное лицо.

– А если я к вам по собственной инициативе, – дерзко ответил Рассольников, не вынимая руки из-за пазухи.

– Да вы с ума сошли, выйдите немедленно и запишитесь на прием, как полагается, – директор аж привстал, чуть не опрокинув свой кофе, то ли от возмущения, то ли пораженный наглостью непрошеного визитера.

«Ты смотри, как завелся, удивлен, наверное. Погоди, то ли еще будет. Или, может быть, дать ему еще один шанс? Последний. Да, пожалуй, так тому и быть».

– Хоть вы этого и не вполне заслуживаете, но у меня к вам есть предложение. Нет – ультиматум. Либо вы немедленно производите меня в секретари первого класса и предоставляете ежегодный отпуск в июле, либо… – Рассольников осекся и замолчал, пытаясь унять нервную дрожь.

– Либо что? – в голосе шефа впервые послышались тревожные нотки. Они стояли друг напротив друга на расстоянии вытянутой руки. Голиаф и Давид, нет, скорее, Слон и Моська. Большой, грузный, статный, самоуверенный шеф и ледащий, болезненного вида маленький клерк, которого половина департамента даже и не вспомнит, как зовут.

– Ну давайте, выкладывайте уже.

Рассольников зажмурился: «Видит Бог, я этого не хотел!» – Либо вот. – И, сделав над собой невероятное усилие, он резким движением достал из-за пазухи… лист плотной бумаги.

– Что это еще за фокусы, – с недоумением повел бровью директор и брезгливо взял в руки протянутый ему листок формата А четыре.

На бумаге неровными буквами было выведено: «Прошу освободить меня от занимаемой должности по собственному желанию… Рассольников Р.В.