Ворон ворону глаз не выклюет. Том II

– Беззаконник? – она разыграла небывалое удивление, смешанное с сомнением и капелькой опасения. – Вы уверены? Неужели он не побоялся силу показать?

– Да если бы рискнул – живым не ушёл, – старик стукнул тростью о пол, словно ударил мечом поверженного врага. – В моих венах течёт кровь сэра Парсеваля Аберконна, у меня нюх на нечестивцев такой, что любой приближённый позавидует!

Катерина и Виктор переглянулись, благоразумно сохранив невозмутимые лица.

– Аберконн? – Виктор уцепился за знакомую фамилию.

 – Вы потомок того самого приближённого, который победил Дикую Кэйшес?

– Да, да, совершенно верно! – старик горделиво выпрямил спину. – Отрадно слышать, что молодёжь не забыла своих героев. А ты рад, Ричи? – Ричи громко всхрапнул.

Катерина распрощалась с потомком Аберконна, хоть тот и с неохотой отпустил благодарные уши, соскучившись по вниманию. Едва Курьеры вышли за порог, как мимо них пронеслась детвора: «волки» объединились и пытались загнать «охотника». Щуплый айрхе забрался на яблоню и плюнул в трубку, попав снарядом из рябины в одного из волчат.

Поднялся вой: «Нечестно! Слезай!», самый маленький паренёк схватил было камень и замахнулся, но Виктор, проходя мимо, успел сжать тоненькое запястье. Волчонок взвизгнул, дёрнулся, но, увидев нависшего над ним энлода, тут же замер и вжал голову в плечи.

– Думай, что творишь, – Виктор забрал из кулачка снаряд. – Этим камнем ты мог серьёзно поранить друга.

Ему в лоб прилетела ягода, охотник рявкнул: «Слышь, оставь Ийсу в покое, беложопый урод!» Волчата похватали с земли кто палки, кто камни, на детских лицах читалась решимость бить и кусать неприятеля до последней капли крови.

Виктор выпустил запястье мальчишки и, не делая резких движений, отступил на несколько шагов. Убедившись, что враг дрогнул и сбежал, маленькие айрхе беззаботно вернулись к своим играм.

– Не забывайся, мой дорогой Раймонд, – Катерина ухмыльнулась, наблюдая за всем со стороны. – В Горбах главные – не мы. Не стоит связываться с дикими зверьками, даже если с виду они милые щенки.

Суровый приморский ветер кружил листовки, брошенные у мусорного ведра, он разметал их по всей дороге вместе с опавшими листьями. Виктор поймал на лету одну из бумаг: на фоне карикатурного лица рыжеволосой женщины алело приглашение на празднование Дня основания города. Событие было запланировано через несколько недель, а имя Элли Белл, чей необычный портрет и привлекал внимание, подогревало интерес.