Кукла для миллиардера

Нормальный вкус у вашего Роберта, старики! Кукле в пуантах нравится!

И еще больше ее радует возможность наконец-то размять затекшие мышцы. Пуанты, конечно, были выбраны не зря. Ночью мне понадобиться перемещаться как можно тише и лучшей обуви для этого не найти.

Приступив к привычной работе и танцуя под любимую музыку, я понемногу начала разглядывать интерьер и особенно ценные его предметы. Но эта комната была пустовата. Ничего более менее ценного, из того что я способна унести, в ней не было, при всем ее роскошном убранстве.

– Боже! Боже мой! Как она красиво танцует! – восхищенно воскликнула Маруся, от переизбытка чувств прикладывая обе руки к своей шикарной груди.

– Да я сразу говорил, не мог наш Роберт куклу для секса заказать! Что ему живых женщин мало что ли? Он ценитель настоящего искусства! Особенно в робототехнике! – перекрикивая музыку убеждал Глеб Георгиевич Марусю, что даже не думал в том похабном ключе, как те два молодца.

Трек драконов закончился и его сменил Hozier с песней Take Me To Church.

Безумно чувственный и будоражащий самые дальние, спрятанные от всех уголки души, трек Он позволил мне не только сбавить темп, спасая от неминуемой одышки и пота, если бы мне пришлось продолжать в темпе рока дракошек.

Но пульс пришел в норму только на минуту, не больше. За окном промелькнул тот самый черный мотоцикл с кислотно-желтыми дисками и вставками. Мне не понравился его повышенный интерес сразу. Подозрительно было и то, что он не уехал вместе со всем кортежем миллиардера.

Кто он такой я пока не знаю, но уже чувствую, что он тот кого мне стоит опасаться.

Интуиция меня не подвела. Еще не закончился трек, а этот мотоциклист уже входил в холл, на ходу стягивая с себя кожаную куртку.

Маруся тут же вырубила музыку и я по привычке остановилась, замирая.

– Ох, я уже опаздываю! До свидания! До завтра! – затараторила Маруся, подхватывая свою авоську и линяя с места “преступления”.

– Роберт Адамович, вы не серчайте, что мы вашу игрушку включили, – залепетал и Глеб, а мое сердце снова сныкалось в пятке.

“Роберт Адамович? Сам хозяин? Он не должен тут быть до пятницы!” – пулями прошивали мысли мои извилины.

Не отвечая ничего своему седовласому холопу, Роберт подошел ко мне почти вплотную. Он был точь в точь такой же, как на снимке журнала. Красивый, напыщенный и холодный. Пахло от него… ветром. Свежестью, бензином и лесной дорогой.