Сдавайтесь, Herr Braun!

Интересно, сколько оборотов будет на моем кулаке? Два или три?

Блядь! Вот что в ней такого? Она в нормальном, классическом и вполне строгом брючном костюме. Не вырядилась в мини-юбку, не «забыла» нацепить лифчик, из декольте сиськи не вываливаются! Какого хрена мне хочется содрать с неё эти тряпки?

В десятый раз открываю досье на Таю и уже не сомневаюсь, что биографию девочки-демона кто-то очень тщательно почистил. При условии, что в наш век интернета постоянно что-то просачивается, то заплатила она за это нереальные деньги.

Кошусь на часы и понимаю, что Тая приходила ровно в девять тридцать, как я и просил.

– Тая, зайди ко мне, – говорю в селектор и в выключенном мониторе вижу отражение своей довольной морды. Сто процентов девочка-демон только успела дойти до своего рабочего места и приземлить свою сексуальную задницу!

Хотела работать с самым отвратительным боссом – велком, детка! Хуже не найти!

Дверь снова распахивается, и пока Тая вышагивает к моему столу, я ощупываю ее фигурку взглядом.

– Аудит, диктофон, антисептик и вата для ваших царапин на спине, мой херр! – громко и четко перечисляет Тая ровным голосом без эмоций даже при ярко мечущихся искрах в глазах.

Ах ты же маленькая дрянь! Ее напускное спокойствие лишь иллюзия покорности и подчинения! В таких огромных глазах трудно утаить истинные эмоции! Злится моя девочка-демон, небось, мечтая добавить свежих ран на моей физиономии.

– Я посмотрела несколько отчетов, все они… – начинает докладывать Тая.

– Ты всего лишь моя ассистентка, Тая. Твое дело – четко выполнять мои указания, а не лезть, куда не просят! Начни с кофе, потом сходи в кадры и подпиши необходимые журналы и допники, далее мы с тобой займемся прихотями господина, – осаждаю я Таю, получая какое-то извращенное удовольствие от того, как начинает колыхаться ее грудь в возмущении.

– Я имею в виду мое расписание, Тая, – ухмыляюсь я, наслаждаясь произведенным эффектом.

Что мною движет, я не знаю, но с того момента, как эта нахалка затеяла эту войну, стало немного веселее. Кто знает, может, теперь трудовые будни будут не такими унылыми и однообразными.

Я устал неимоверно в этой вечной гонке, мне опротивели все подхалимы и льстецы. До рвущихся криков из груди достали одинаковые дни в работе, в поездках, везде все одно и то же. Живу, как на карусели – вроде и постоянный движняк, но по одному и тому же кругу.