Сдавайтесь, Herr Braun!

Кому и о чем она должна докладывать? Ее словам может быть вполне безобидное и простое объяснение, но мысли о осведомленности Таи в моих делах и высказанное подозрение Борзого дают зерну сомнений прорасти.

В несколько шагов подлетаю к Тае и упираюсь в перила руками, заранее отрезая ей путь сбежать от меня.

– На кого ты работаешь, Тая? – рявкаю в перепуганное лицо.

Глаза Таи округляются, как и ее открытый рот. Ее бедро соприкасается с моим, сиськи ассистентки мнут мою рубашку, колыхаясь от участившегося дыхания все больше.

– Насколько я помню, в моем трудовом договоре только один «херр»! И это не я, а ты приволок сюда Дейва! – восприняла мой вопрос иначе Тая.

Зря она напомнила мне, как любезничала с америкашкой. Ярость в моей крови закипает уже по другому поводу. Обхватив одной рукой ее подбородок, я заставил Таю, смотреть мне в глаза, пока вторая моя ладонь медленно скользнула по ее бедру под юбку.

– Что ты себе позволяешь? – уперлась ладонями в мои плечи Тая, пытаясь оттолкнуть.

– Проверяю, все ли пункты выполнены, – хриплю я, нащупав кружево чулок пальцами.

Не успели мои пальцы коснуться обнаженной кожи ее бедра, как щеку и шею обожгло от впившихся в них ногтей. Сучка!

Глава 5

– Тая, ты не преувеличиваешь? Ну задел он случайно твою грудь или задницу, а ты его уже в домогательствах обвиняешь! – снова не поверила мне Стефи.

– Случайно задел? Да он едва трусы с меня не стянул! – возмутилась я, но все тщетно.

Стефания не верит, что ее образцовый брат оказался таким охальником, и снова напомнила мне, что на войне все средства хороши.

– Побеждает не тот, кто сильнее, а тот, кто умеет использовать силу противника против него самого! – завуалированно намекнула мне Стефи, что я не пользуюсь тем оружием, что лежит перед носом.

Прекрасные слова, но лишь для тех, кто действительно умеет таким оружием воевать, а у меня на курсе подобных дисциплин не было!

Не дождавшись бабского сочувствия от Стефи, я позвонила Жене, но и там меня ждал облом, потому что пришлось выслушивать горести подруги вместо того, чтобы рассказать о своих.

– Он поспорил на меня, представляешь? – захлюпала носом Женька, жалуясь на своего божественного Данилу, от которого еще вчера была в восторге.