Мой пленник

– А как ты хочешь, чтобы я тебя трахнул? – ухмыляюсь я, намекая, что не только минет доступен с такой преградой.

Я жду, что Булочка разозлится и подойдет ближе, с досадой наполняя желудок алкоголем все больше и отставляя опустевшую бутылку. Придется все-таки сделать ей больно.

– Хочу, – замурлыкала Булочка, приближаясь ко мне и снова жадно шаря по мне взглядом, – чтобы ты прижал меня к стене, страстно целуя, нагло лапая грудь…

Протянув руку ко мне, чертовка провела пальчиками по моему торсу, медленно опускаясь ниже.

Протискивая обе руки через прутья, я опустил одну ладонь ей на шею, притягивая ближе. Если она закричит, то проживет не больше минуты, но девушка даже не дергается, и я отчетливо вижу, что звать на помощь она не собирается, продолжая убивать мой рассудок:

– Потом хочу, чтобы ты меня развернул к стене, задирая мое платье, и, расстегнув свою ширинку, взял быстро, глубоко и грубо, так, чтобы у меня от собственных стонов и криков уши закладывало.

От взрыва кипящей крови в голове у меня самого уши заложило, жар волнами гуляет по телу, и я затыкаю ей рот, чтобы не пропустить продолжение.

Запах женщины – это то, чего не хватает всем мужчинам на военных базах, редкий раз к нам заносило представительницу слабого пола, и никогда – такую, как Булочка.

Кальвадос ничто по сравнению с пьянящим ароматом чертовки, ее шелковых волос, касающихся моей руки, и нежной кожей под моей ладонью. Прикосновения губ опьянили быстрее. Булочка отвечает неуверенно, но вскоре сдается и пускает мой язык, сдаваясь под жадным напором.

На мой раскаленный пах ложится ее ладонь, поглаживая каменную эрекцию через ткань, и из меня вырывается сдавленный стон.

– Дальше… как ты хочешь дальше? – требую я продолжения, задирая ее платье и поглаживая ножки в нейлоне и кружеве, поднимаясь все выше.

– Потом хочу, чтобы ты поставил меня на колени и смотрел, как я буду насаживаться на твой член ртом, а потом…

– Чертовка! – рычу я, сжимая ее задницу и снова впиваясь в губы, наплевав, что на моей роже останутся отпечатки прутьев решетки.

Булочка дрожит в моих руках, будто это у нее секса две недели не было, а меня так и вовсе накрывает несущейся по спине вулканической лавой и разрывающимися разрядами тока по позвоночнику.

Слышу звук молнии джинсов и опускаю ладони еще ниже, поглаживая через тонкую ткань ее влажные складочки.

Обхватив мой член ладошкой, чертовка стонет мне в рот, и я уже в предвкушении смотреть на нее передо мной на коленях.