Мой пленник

Грохот замка в двери подсказывает не только о том, что меня закрыли, но и, судя по протяжному скрипу и глухим щелчкам, засов в нем как на воротах средневековой крепости.

Окон в этой комнате нет, стены из бутового камня, обработанного вручную, и известняк вместо раствора добавляют подозрений, что упаковали меня по-царски! Строению явно не одна сотня лет. Значит, грызть стены бесполезно.

Долго лежать нельзя, это неизбежно ослабит организм, нарушит координацию и ухудшит физические показатели. Но мои руки прикованы к железным поручням наручниками, а ноги – широкими прорезиненными жгутами, похожими на медицинские кровоостанавливающие, с обычной пластиковой застежкой.

Отвратительный скрежет замка заставил опять закрыть глаза. Девчонка, наверное, настучала, что я очухался, и идут те, кто позаботится о том, чтобы постельный режим не вызывал у меня дискомфорта, а стал необходимостью.

Цокающие шаги по камню подсказали, что вернулась чертовка, уже переоделась в брючный костюм, такой же, как и ее сброшенная шкурка, черный.

В руках у нее смартфон, и, подойдя ко мне, она четко произносит в динамик:

– Мой сладкий!

Из телефона звучит перевод на французский язык. Ну да, на ее языке звучит не очень! Насмешка в голубых глазах мне не нравится. Быстро сообразила.

– Зови главного лягушатника! Мне домой пора! – требую у насмехающейся надо мной девицы.

Нередко всякими шпионскими агентствами в Европе руководят женщины, но будет очень неприятно, если эта чертовка и есть организатор моего досуга на заморских нарах.

Не то чтобы я понять не могу, что все они люди, связанные долгом клятвы, и просто выполняют приказы, я сам из таких, но как-то не хочется именно ей сворачивать шею, чтобы не смотрела мне вслед.

– Скажи код Д-28, и если он окажется верным, ты вернешься домой… весь! – читает со смартфона голубоглазая.

Вообще-то я неплохо шпрехаю на ее родном языке, но знать ей об этом необязательно. Но ее вопросы заставили напрячься.

Во-первых, раз они не знают мое имя, то странно, что заинтересовались моей персоной. Я ведь не на военной операции рыб кормил! Это была вынужденная мера, скорее даже случайная. Потому что принял я решение в последний момент, когда меня взяли в «коробку» крузаки Клима. Река был единственным вариантом уйти самому и не засветить Сумрака.

Во-вторых, я ни хрена не понимаю, какой код «Д-28» им надо сказать, само название выглядит как код.