Иллюзия бога

– А бензин все равно не мой, кстати.

Словно в подтверждение ее слов, в дверь деликатно постучали. Ари метнулась обратно в ванну, пытаясь найти расческу.

– Не откроешь? Это Артемида. Ей надо в город, согласилась подбросить меня до побережья.

– А, Артемида, – скучающим тоном бросила Афина, распахивая дверь. На гостью она даже не взглянула. Между тем, там было на что посмотреть: каждое свое появление Артемида превращала в модный показ. Экстравагантный стиль ее одежды и импозантные манеры приковывали взгляд.

Она любила яркие цвета и необычные принты, то завивала волосы, то выпрямляла их, то красила, а на первом курсе даже побрилась налысо. Будучи экоактивисткой, все предметы гардероба она вылавливала на блошиных рынках, забирала ненужное у других студентов, а потом что-то сдавала на переработку, что-то перешивала и продолжала носить. Сегодня ее твидовый блейзер с пышной красной юбкой дополняли пучок и парчовое пальто.

– Ого, – протянула Артемида и оглядела высунувшуюся из ванной Ари, будто нарочно игнорируя ее соседку.

 – Выглядишь…

– Да, знаю-знаю, волосы – полный хаос. Это метафора моей жизни. Зато ты только краше будешь смотреться на фоне.

– Я хотела сказать, воинственно и завораживающе. И грозно.

Афина нахмурилась. Секунду спустя морщинка между ее бровей разгладилась, и лицо снова приобрело привычный оттенок сосредоточенности.

– Ого… – Ари опешила. – Спасибо! Но и просто «мило» было бы достаточно, правда.

– Мило, – повторила Артемида.

Она пожевала губами, будто пробуя слово на вкус. – Не-а, не люблю это наречие. Отдает патриархатом, объективизирующим нашу внешность, тебе так не кажется?

Это не приходило Ари в голову, но Артемида поддерживала идеи радикального феминизма, так что она не стала спорить.

– Я только пальто найду.

– Давай, там холод собачий. А еще весна, называется. – Она нехотя повернулась к Афине:

– Здравствуй.

– Здравствуй.

Пауза.

– Говорят, через неделю возобновят пары. Может, и наш особняк скоро отремонтируют.

Афина сдержанно кивнула:

– Подрывники были на удивление аккуратны.

Дом их сообщества действительно не сильно пострадал: только сбоку, на месте, где когда-то было кафе, зияла черная дыра, отгороженная лентами. Но им все равно запретили там собираться, и теперь члены Двенадцати все выходные околачивались в общежитии, стараясь не думать о том, что теракт унес жизнь человека, которого многие из них хорошо знали.